– Думаешь, такое может произойти? – спросил меня в тот день Сава.

– Не хотелось бы, но вдруг…

– Никаких вдруг не будет, я тебя ни за что не отпущу, - он прижал меня к себе так сильно, что стало больно.

– Ты меня сейчас раздавишь.

– Только если скажешь, что разлюбила меня.

– А с чего ты взял, что я уже успела тебя полюбить? – от удивления он ненадолго ослабил хватку, и мне удалось вырваться.

Я с победным визгом выбежала из его комнаты, но он догнал меня в коридоре и прижал к стене, навалившись всем телом. Его горячее дыхание обжигало лицо.

– Уверена, что не любишь? – спросил он, пока его руки скользили по моей спине и бедрам.

– Ты первый узнаешь, когда полюблю, - ненадолго я прервала его и выставила вперед руки, - и если разлюблю – тоже.

– Этого никогда не случится, - заверил Сава и впился губами в мою шею, покрывая ее опьяняющими поцелуями.

А ведь я ему тогда поверила, запретила самой себе думать о расставании, даже когда находилась на грани. Иногда любовь к кому-то становится вредной привычкой, отравляющей организм, и до сих пор я не знала, как от нее избавиться. Чем дольше мы были порознь, тем лучше мне становилось. И это говорило лишь об одном – любовь способна испариться, подобно пару из чайника, нужно только подождать.

Когда ослепительно улыбающийся Сава появился на пороге моей квартиры с букетом цветов, я начала сомневаться, что наш разговор пройдет гладко.

– Это тебе, - он протянул мне букет.

– Зачем? – я скептически посмотрела на его протянутую руку. – Ты помнишь, для чего ты здесь?

– Лу, - сначала с его лица исчезла театральная улыбка, а затем изменился взгляд, став ожесточенным и каким-то воинственным. – Почему ты не можешь вести себя по-человечески?

– А зачем ты устраиваешь это нелепое представление? – я кивнула в сторону букета. – Для чего цветы? Ты разве не понял, что мне от тебя больше ничего не нужно?

– Тогда зачем я здесь? – руки Савы беспомощно повисли вдоль тела. – Думаешь, мне легко?

– Никому из нас не легко, - я подняла упавший из рук Савы букет и нашла в себе смелость взять его за руку. – Идем на кухню, мама вчера снова готовила пасту. Будем доедать.

– Лу, я… - напускная злость уступила место непомерному для него отчаянию, в одно мгновенье он превратился в беззащитного ребенка, которого снова отказались любить. – Прости, что у меня не получилось.

– Что именно?

– Сделать так, чтобы ты меня не разлюбила, - в его голосе звучала незнакомая мне честность. – Я всегда знал, что это будешь ты.

– Я?

– Разлюбишь меня, потому что я бы точно не смог, - мы по-прежнему стояли в коридоре, держась за руки. – Не могу представить, что буду делать дальше. Без тебя, Лу.

До нашей сегодняшней встречи у меня в голове было столько невысказанной обиды, я точно знала, что не сдержусь, начну сыпать обвинениями, намереваясь сделать ему, как можно больнее. Но сейчас, смотря в его полные печали потускневшие синие глаза, я собиралась сказать ему то же самое, что говорила самой себе.

– Мы ошиблись, но ни в чем перед друг другом не виноваты. Нам не за что извиняться, не за что себя ненавидеть. Мы были не самыми лучшими версиями себя. Я уверена, что в нас есть другие мы, более сильные и мудрые, и нам предстоит их отыскать.

– Не знал, что ты можешь говорить так красиво, - он опустил голову. – Неужели, это я мешал тебе быть собой?

– Мы сами себе все запрещаем: говорить, действовать, любить и даже прощать.

– Ты правда меня не винишь? – Сава приблизился и протянул руку к моей щеке.

– Думаю, подсознательно я сама решила стать таким удобным для всех человеком. Может, ты, Ясмина и даже мои родители повлияли на это, сделали только хуже, но какая сейчас разница?

– Ты нашла выход, да? – он восхищенно улыбнулся. – По глазам вижу, что нашла. Ты такой никогда не была.

– Возможно, - я пожала плечами, - мне только предстоит это выяснить, но к себе прошлой я точно не вернусь. И ты не возвращайся.

– О чем ты?

– Не будь тем Савой, которым был все это время, - я крепко обняла его, - Найди себя настоящего, а не сына своих родителей. Не допусти, чтобы такое повторилось.

– А если найду, ты вернешься ко мне? – в его голосе до последнего слышалась надежда, что в конце концов все закончится хорошо.

– Нет, - я отстранилась и увидела, что у него в глазах стоят слезы. – Поверь, нам обоим это больше не нужно.

– Как ты можешь это знать?

– Я не знаю, просто верю в нас.

Это был наш первый и последний искренний разговор.

31 глава

В жизни наступила странная череда прощаний. Я ощущала себя воздушным шаром, неспособным взлететь из-за привязанных к нему тяжелых грузов. Не разбирающейся в жизни девочкой, хватающейся за любую возможность отвлечься от собственных мыслей. Помощь друзьям, новые знакомства и хобби – оказалось не так сложно раствориться в окружающем меня хаосе. Достаточно лишь начать убегать, и вот ты в тысячи километрах от самой себя, от планеты, живущей внутри и нуждающейся во мне.