– Так пробуй уже скорее, - Флориан улыбнулся, кажется, довольный тем, что чудесным образом угадал со вкусом.

Я сделала небольшой глоток и, не сумев оторваться, выпила весь напиток залпом, ощущая, как согреваюсь от растекающегося по телу приятного тепла.

– Похоже, что ты по-прежнему любишь белый шоколад, - он ухмыльнулся и, последовав моему примеру, приложился губами к стакану и принялся медленно потягивать свой напиток.

Мы двинулись дальше и в итоге вышли к парку, у входа в который расположились уличные музыканты, исполняющие инструментальную версию «Dance Monkey». Рядом с ними в танце кружились дети, чьи родители стояли неподалеку и покачивались в такт звучавшей мелодии. Мы с писателем продолжали неподвижно наблюдать за происходившим мини-концертом.

– Никогда не понимал, как это работает, - неожиданно сказал Флориан.

– Что именно?

– Как музыка гвоздями прибивает к месту и не позволяет уйти.

– Я, - у меня внутри всегда возникали ровно такие же ощущения, какие описывал сейчас писатель, - чувствую то же самое.

– Это моя мечта – создавать искусство, которое сможет наполнять жизни людей смыслом, превращать тусклые краски в ослепительно яркие, - несмотря на толпу незнакомцев вокруг нас, я четко ощущала, что наши души сейчас наедине друг с другом. – Но ничего не выйдет, если я не научусь выражать чувства и не научу этому героев своих книг.

– Не сомневайся в себе, - мне хотелось сказать еще тысячу слов, но все они казались такими лишними, когда есть руки, которыми можно его обнять. Не спрашивая разрешения и не ожидая приглашения, я сама развернула его к себе и решительно заключила в объятия.

– Луна, - Флориан постарался отстраниться, но из моей цепкой хватки вырваться не так просто. Когда действительно хочу, я держусь за другого человека изо всех сил. – Зачем ты так со мной?

Одумавшись, я молча отстранилась и посмотрела в сторону парка.

– Думаю, хватит с меня прогулок на сегодня. Мы можем вернуться в гостиницу?

–  Если ты так хочешь, - писатель грустно улыбнулся, и достал телефон, чтобы вызвать такси.

За всю дорогу мы не проронили ни единого слова, а по приезду в номер легли каждый на свою кровать, повернувшись друг к другу спиной. Я восприняла это как наше обоюдное желание не сближаться сильнее положенного. Но потребность видеть его лицо взяла надо мной верх. И когда, резко развернувшись, я встретилась с его зелеными глазами, сердце мое десятикратно перевернулось в груди.

–  Мне не хочется спать, может, закажем еды и посмотрим фильм? – тихо предложил Флориан, не отводя взгляд.

– Хорошо, я тоже хочу есть.

Те полчаса, что мы провели в ожидании курьера с едой, писатель пытался выбрать подходящий фильм, но почему-то отметал каждый вариант.

– В чем дело? – спросила я, когда он отбросил в сторону от себя пульт.

– Ни в чем, - Флориан взял подушку, положил ее себе на колени и уткнулся в нее лицом.

Я подошла и села на краешек его кровати. Он не сразу понял, что перед ним кто-то сидит, а когда поднял голову и увидел меня, заметно вздрогнул.

– Рассказывай, что не так, - потребовала я.

– Просто, - он неловко почесал подбородок, - я их все видел.

– Видел все фильмы, которые добавлены в каталог этого телевизора?

– Да, - он пожал плечами, - как-то так и есть.

– Ладно, тогда киновечер отменяется.

– Нет-нет, выбери ты, а я посмотрю с тобой за компанию.

– Второй раз?

–  Ну да, - Флориан совершенно не убедительно начал кивать головой.
– А что такого?

– Давай-ка, - я потянулась за пультом, - мы лучше откроем музыкальный каталог и поужинаем под прекрасные саундтреки.

В этот момент писателю позвонил курьер, и пока он спускался вниз за нашим заказом, я включила плейлист, который создали владельцы гостиницы. Когда Флориан вернулся с двумя пакетами еды, весь номер уже окутала композиция Lemandorle «Ti amo il venerd`i sera». Писатель подошел к столику и начал расставлять стаканы с кока-колой, выкладывать контейнеры с картошкой фри и коробочки с бургерами. Закончив, он посмотрел на меня и лучезарно улыбнулся.

– В таких случаях принято приглашать на танец, но я предлагаю тебе поесть, пока у нас не случился голодный обморок, - заявил Флориан, и я, давясь от смеха, направилась к столу.

– Интересное название у этой песни – «Ti amo il venerd`i sera», - прокомментировал он, когда мы уже начали есть.

–  Ты знаешь итальянский? – с полунабитым ртом спросила я, позабыв обо всех правилах этикета за столом.

– Немного.

– И как переводится название?

– Я люблю тебя в пятницу вечером, - видимо, не придавая никакого смысла словам, обыденно произнес писатель.

– Вот как? – борясь с собственным замирающим сердцем, я сделала усилие и иронично улыбнулась в ответ. – А сегодня, увы, суббота.