Чисто с военной точки зрения всё прошло лучше, чем они могли надеяться, но задача перед ними оставалась поистине пугающей, а время, похоже, подходило к концу. Поскольку земля снова принялась дрожать, и предтеча угрожал вырваться на свободу.

Бренор боялся, что даже очистка оставшейся части пещеры от демонов продлится слишком долго.

Но он продолжал наступать. Другого выбора не было.

Он собрал своих вечно преданных дварфов — каждый готов был умереть за клан Боевой Молот, за короля и королев, за своё делзунское происхождение, и за веру в то, что их поступки служат хорошему делу, делу всех дварфов Фаэруна.

В любой момент, когда ситуация стабилизировалась, Бренор игнорировал жрецов, умолявших его отдохнуть, и отправлялся к раненым, шёл через их ряды, понукая жрецов стараться сильнее, выжимать из себя последние капли волшебной энергии.

Затем он уходил в тронный зал, чтобы воздать почести мёртвым, всем до последнего, благодарил их и поцеловал их холодные, покрытые кровью щёки.

В одном из таких путешествий король Бренор повстречал жрицу, которую звали Пенни.

— О, мой король, вы должны пойти со мной, — сказала она, задыхаясь, поскольку долго бежала, чтобы найти его. — Ребёнок выходит!

Бренор сделал глубокий вдох и попытался обдумать момент. Ребёнок его дочери, его любимой Кэтти-бри. Дитя Кэтти-бри и его самого дорогого и ныне утраченного друга. Он беспомощно хмыкнул, сказав себе, что должен одержать победу здесь — или хотя бы найти способ пробиться. Он не боялся умереть — однажды уже умирал! — но ребёнок Дзирта и Кэтти-бри?

Это ребёнок, здесь и сейчас решил Бренор, не погибнет, пока ему не представится шанс стать достойным своего невероятного наследия.

— Отведи меня, — сказал он Пенни, но они едва успели сделать пару шагов, как Бренор остановился и передумал. — Я пойду к ней. А ты найди Закнафейна. Я недавно видел его у трамвая. Найдёшь его, расскажешь и приведёшь!

— Да, мой король, — сказала она и бросилась бежать.

— И Рамблбелли! — закричал ей вслед Бренор. — Не забудь про Рамблбелли!

Бренор тоже побежал, но сначала прибежал к трону Дварфийских Богов и ещё раз вскочил на него.

— Я никогда не прошу для себя, — взмолился он Морадину. — И я знаю, что это дитя по крови не из нашего рода. Но это мой внук, и что бы там не приготовила девчонка, он не мог быть моим сильнее, даже будь моим по крови, или если бы сама девчонка была моей крови. И я умоляю, не дай ребёнку погибнуть.

Он почувствовал липкую кровь на щеке, когда вытирал слёзы.

— Будь я проклят, если вернулся сюда лишь затем, чтобы увидеть, как всё рушится, — пробормотал он, ковыляя через залы и вниз по лестницам. Везде было пусто, не считая патрулей и сторожевых постов, которые он приказал оставить, и редких посыльных, направляющихся обратно во входную пещеру с оружием, инструментами и другими припасами. Одна группа из восьми дварфов тащила боковую катапульту.

Их решительность, старание и внимание к своему долгу приподняли боевой дух Бренора, но очередная встряска от предтечи умерила его надежды.

Скорее всего, им придётся уйти — причем скоро. Бренор тешил себя мыслью, что может быть, они смогут прорваться в Подземье.

Он лишь надеялся, что если так случится, то враги займут освобождённое место и предтеча поднимет на воздух весь проклятый комплекс у них под ногами — и демоны получат по заслугам!

Может быть, скоро Бренора коронуют королём Мифрил-Халла, далеко на востоке?

Он прогнал эту мысль, как только она пришла к нему в голову. Если они потерпят здесь поражение, здесь он и погибнет — почти наверняка, а если по какой-то случайности они с товарищами сумеют спастись, Бренор отправится в путешествия, пойдёт по дороге приключений.

Да, подумал он. Лучше будет взять Рамблбелли, найти Вульфгара, и когда Кэтти-бри сможет, они отправятся…

Неожиданно всё это показалось таким пустым.

Теперь Компаньонов Халла было четверо, не пятеро.

Нет времени на такие мрачные мысли! Бренор хмыкнул, представив, что сделает Гвенвивар, если услышит, что он так бесцеремонно исключил её из Компаньонов!

Бренор бросился бежать и наконец достиг покоев Кэтти-бри. Он мимолётно удивился, встретив там уже поджидавшего его Закнафейна. Одежда дроу была разорвана во многих местах, покрыта пятнами крови и останками демонов. У него был порез на одной щеке, а глаз над ней заплыл и почти не открывался.

— Что нам известно, добрый король Бренор? — спросил Закнафейн, вскочив ему навстречу.

— Как ты…? — хотел спросить Бренор, но всё понял, когда Закнафейн указал на свои наручи.

— Думал, ты носишь их на запястьях, как и полагается, — сказал Бренор.

— Я хотел попасть сюда как можно быстрее, так что надел на лодыжки, как делает мой сын…

Напряжение его слов, отчаянное желание, чтобы Дзирт был жив, заставили Бренора окоченеть от смущения.

— Ничего пока не знаю, — сказал Бренор. — Моя девочка скоро станет мамой, так мне сказали, но ты меня опередил.