— Представьтесь, сударь! — Никита пристально изучал лицо мужчины. Сухощавое, астеничное; щеголеватые усики, тонкие брезгливо сложенные в прямую линию губы. Нет, он не знал, кто это.

— Охотно! — сигара ныряет между зубами, ароматный дымок окутывает незнакомца. — Сорокин Александр, дворянин.

Никита откинулся назад, спинка стула жалобно хрустнула. Голова мгновенно стала перерабатывать огромный массив информации. Однозначно, этого Сорокина он не знал, а вот сама фамилия вызывала неприятные ассоциации с прошлым. Патриарх потратил много времени, рассказывая внуку о расстановке политических и клановых сил в стране. Сорокины считались в то время вассалами семьи Китсеров, как и Браухичи, Катаевы, Краусе. Семья из мелкопоместных дворян, разорившаяся из-за пристрастия Главы Рода к азартным играм в покер и преферанс. Китсеры всегда славились способностью подбирать слабохарактерных, способных на любые «подвиги» дворян и принуждать к вассальной присяге. Иначе кто будет грязными делами заниматься вместо хозяев?

— Вы следите за нами? — на всякий случай уточнил Никита.

— Никоим образом! — Сорокин неприятно улыбнулся и мазнул взглядом по напрягшейся Ольге. — Мы здесь давно сидим в теплой и непринужденной компании!

Он кивнул в сторону панорамного окна, ограждавшего зал от террасы. Кого имел в виду Сорокин, Никита не понял. Может быть, вон тот столик ближе к выходу из кафе, где присели несколько молодых людей и девушек; или толпящиеся возле барной стойки трое мужчин. Скорее всего, так и есть. То и дело взгляды их обращаются к происходящему на террасе. Ждут чего-то? Ага, в этот самый момент они перекинулись несколькими словами и двинулись к дверям.

— У вас ко мне какое-то дело? — Никита подозревал: назревает провокация.

— О, да! — встрепенулся мужчина и снова повернулся голову в сторону девушки.

Никиту стало напрягать такое поведение.

— Вы или задавайте свой вопрос, или прошу оставить нас в покое, сударь, — не выдержала Ольга.

— Всего лишь единственный вопрос, — гадко улыбнулся провокатор и посмотрел на Никиту. — Кажется ли вам, господин Назаров, что вы подрываете устои семейных отношений? Жить одновременно с двумя женщинами, плюя на мораль и общество — каково? Думаете, столичная знать простит такой вызов? А вы продолжаете коллекционировать красавиц?

— Хам! — выпалила Ольга.

Никита не дрогнул ни единым мускулом. Жалеть о сказанных словах будет только один человек, который сейчас находился перед ним. Развернув подходящий скрипт, волхв одним движением пальца внедрил его в ауру Сорокина. Тот еще улыбался, не понимая, что сейчас упадет на пол. Со стороны это движение выглядело как обычный инцидент с посетителем, почувствовавшим недомогание. Колени у незадачливого дворянина подломились, рука непроизвольно сжала грудь с левой стороны.

Быстро выдернув стул из-под свободного столика, Никита помог Сорокину избежать конфуза, аккуратно посадил его, похлопал по бледным щекам и суетливо замахал руками, призывая официанта. На террасе было всего несколько человек из посетителей, и они первыми прибежали на помощь, еще ничего не понимая. Они слышали, что Сорокин что-то говорил, но не разобрали слов.

— Плохо стало человеку! — пояснил Никита. — Есть среди вас Целитель, господа?

И отрицательно покачал головой дернувшейся было Ольге. «Сиди», — говорил его взгляд.

В общей суматохе он вывел девушку из кафе, и только в машине пояснил:

— Меня провоцировали. Иного выхода не было. Я давал слово императору не ввязываться в дуэли.

— Да я машинально дернулась, — оправдывалась Оля. — Мне тоже стало понятно, к чему эта наглая выходка была.

— Твои рефлексы Целителя чуть не сорвали воспитательный процесс, — усмехнулся Никита, разгоняя «бриллиант» по опустевшей дороге. — Надо же, Китсеры все никак не угомонятся.

— У него стало плохо с сердцем, — пояснила Оля, ощущая противную дрожь в пальцах. — Что ты с ним сделал?

— Микроинфаркт, — хмыкнул Никита. — Небольшое воздействие на нужные точки — человек сразу себя чувствует плохо. У Сорокина большие проблемы со здоровьем. Точно такая же гадость была у Аленки, когда впервые мы познакомились в доме прадеда. Но там я помог девушке, а здесь подтолкнул сукиного сына к критическому моменту. Осуждаешь?

— Ты правильно сделал, — поежилась Оля. — Он же нарывался на скандал! Но зачем? Банальная дуэль? Вряд ли соперник выйдет победителем…

— Меня предупреждали на счет провокаций, — Никита свернул на Обводный, постепенно приближаясь к своему дому. — У многих желание прополоскать мою семейную жизнь, заодно и из равновесия вывести. Императору не нужны скандалы с яркой дуэльной окраской. Иначе бы в Петербурге после нескольких стычек с плохим исходом задумались бы.

— Думаешь, удача всегда на твоей стороне будет?

— Насчет удачи не знаю, — пожал плечами волхв. — У меня с ней в последнее время разногласия были, но мы договорились.

Усмехнулся, поглядел по сторонам и свернул на тихую улочку; «бриллиант», шурша колесами по асфальту, подкатил к воротам семейного особняка, и пока охрана занималась своими непосредственными делами, добавил, показывая на себя пальцем:

— В этом теле очень много возможностей, которые я не могу применить в обычной жизни. Разрушить город, разметать войсковое подразделение, сделать из пустыни оазис, или наоборот — все можно. Но нельзя. Порой кажется, что мне нужно было родиться в те времена, когда превращать замки и крепостные стены в каменную пыль не считалось преступлением. Я же ходячая бомба, от которой невольно ждут неприятностей. Вот и занимаюсь мелочами.