— О чем вы хотели со мной поговорить, господин…, — пока на кухне уютно шумел чайник, маг успел что-то сделать с системой отопления, и по трубам пошло тепло.

— Зовите меня Сергеем, — улыбнулся Бертони. — Что за странная установка в углу прихожей?

— Паровая бойлерная, — пояснил Лычков. — Весь квартал в свое время подсоединили к котельной. Мне только остается открыть вентиль, и через полчаса в доме будет тепло. Ванная, санузел, кухня да спальня — мне хватает. В гостиной я редко нахожусь. Больше в постели. Читаю, смотрю новости по визору.

— Забавно выражаетесь, — улыбнулся Серджио.

— Как привык, так и говорю, — махнул рукой Лычков, расставляя на столе скромное угощение в виде напластанных ножом бутербродов, вазочек с черной и красной икрой, тарелки со студнем, а на плите яростно шкворчала сковорода с картошкой. — Так зачем вас занесло в Вологду?

— Назаров.

— А! — усмехнулся Лычков, нарезая ноздреватый черный хлеб, от которого шел легкий будоражащий ржаной запах. — Ватикан заинтересовало, что молодой и чрезвычайно энергичный юноша во всеуслышание заявил о своей миссии?

— Ватикан всегда был противником тех, кто дружит с силами, которые своим существованием противоречат аргументированному проявлению божественного чуда.

— Магия тоже противоречит? — усмехнулся Лычков.

— Ни в коем случае. Разве Иисус не был магом? Как раз магия считается божественным проявлением, небесным Даром нашего Господа, — Серджио не хотел вступать в религиозный диспут, понимая, где находится. Россия оставалась одним из последних мест, где преобладали неоязыческие предпочтения, многобожие, и как следствие, языческое волхвование. Искра одаренности у местных чародеев считалась даром Космоса, некоей Пятой Стихией, краеугольным камнем верования в природную Силу, возможностью передавать ее по наследству и улучшать «породу», чтобы в конце пути выставить подготовленное воинство для последнего боя. А сонм богов был всего лишь проводником природного Дара, неким могучим смотрителем.

Именно эта стратегия и возмущала Ватикан. О каком последнем бое ведут речи волхвы? Зачем издревле был образован Орден Гипербореев, руссов-ариев? Не для захвата ли магических Источников по всему миру, чтобы никто больше не смог вкусить божественного Дара? Зря, что ли, Инквизиция и Ватикан потратили столько сил, очищая Европу от последствий «гиперборейской» заразы?

Доктрина Ватикана всегда пыталась найти равновесие между заботой обо всем обществе, не забывая о слабых и бедных, а также уважая человеческую свободу и право на частную собственность. А магия, которой пользуются папские агенты и инквизиторы — необходимое зло для борьбы с последователями языческой ереси.

На кухне стало тепло, и Серджио решился с позволения хозяина скинуть вязаный свитер, который он купил однажды по случаю в одном из магазинов Петербурга. Самое забавное, что свитер был изготовлен на «Назаровских мануфактурах». Ирония судьбы или предзнаменование?

— Так что же Назаров? — ставя сковороду на середину стола, поинтересовался Лычков. Закончив сервировку, он уселся напротив гостя и жестом пригласил того угощаться. — Вы хотите встретиться с самым богатым человеком Вологды или просто уничтожить его?

— Примитивность не в нашем вкусе, — усмехнулся Серджио, накинувшись на еду. Он и в самом деле был голоден, а к русской кухне давно привык, уже не морщась от вида холодца с чесноком и укропом. Наворачивал так, что челюсти хрустели. — Назаров очень смелый молодой человек, но слегка увлеченный своим предназначением. Не знаю, как его прадед сумел обратить взор юноши на великую цель, и не дал ему кинуться в пучину развлечений и разврата. Что, кстати, с успехом делают столичные аристократы. И нам было бы легче. Но молодой человек слишком серьезен в своих делах, и поэтому его нужно остановить.

— Будете «стирать»?

— Медленно отрывая куски плоти от костей, — Серджио не шутил, всего лишь цитируя руководителя Святой Инквизиции. — Вы должны нам помочь.

— Не смею отказывать, — кивнул маг. — Но не забывайте, что я нахожусь под бдительным оком службы безопасности «Изумруда».

— Мы в курсе. Только ближе к делу… Мне дано указание похитить ребенка Назарова, желательно — дочку. Но я сомневаюсь в правильности выбора. Что скажете?

— Правильно сомневаетесь, — накладывая черную икру на кусочек хлеба, покачал головой Лычков. — Пустое это дело. Хотите знать мое мнение? Не советую трогать детей Назарова: ни дочь, ни сына. Те, кто планируют подобные авантюры, сами не понимают, какое осиное гнездо могут расшевелить. Во-первых, детей своих Назаров охраняет похлеще Императорского Монетного Двора. Во-вторых, не забывайте, кто у него жена. Сама племянница императора. Уже чревато. Через пять минут после акции вся агентура Ватикана на территории России будет вырезана с показательной жестокостью. Еще одного наглого наезда на носителя императорской крови не потерпят.

— Вы о похищении Тамары Меньшиковой?

— О ней, бедненькой.

— Да, вы правы, — кивнул Серджио, радуясь, что его мысли полностью совпадают со словами Лычкова. — Я тоже пытался донести до руководителей о бесполезности планируемой акции. Но меня не слышат. Есть ли у вас предложения?

— Назаров очень трепетно относится ко своим людям, — почесав черенком вилки висок (вышло совсем по-мужицки), сказал маг. — Для него неприемлемо бросить членов Рода и клана в беде. За каждого старается встать горой. На этом и нужно сыграть.