— Что же, Дирк мне нравится больше. Отправь его ко мне, когда ваш роман закончится. — Фелиция сделала глоток. — Должно быть, тебе нелегко сохранять свою политическую репутацию перед избирателями, тайно встречаясь с любовником.

Щеки Лорен стали пунцовыми.

— Да, непросто, — признала она. — Я никогда не была сильна в интригах.

— Ты всегда можешь наплевать на мнение других людей. Большинство в наше время так и поступают.

— Большинство женщин не являются членами конгресса.

— И снова двойные стандарты. Конгрессмену все сойдет с рук, если это не отражается на его банковских счетах.

— Печальная правда, — кивнула Лорен. — А я представляю сельский округ. Избиратели все еще верят в каталог «Сирса», пиво «Курс» и одиннадцать заповедей.

— И в чем состоит одиннадцатая?

— Женщина-конгрессмен должна вести себя прилично, если хочет победить на следующих выборах.

— Где вы с Питтом встречаетесь?

— Я не могу позволить, чтобы кто-то увидел, как мужчина покидает мою квартиру вместе с молочником, поэтому мы встречаемся у него или уезжаем в какой-нибудь далекий сельский отель.

— Ты говоришь так, словно это случайные встречи.

— Как я уже сказала, все сложно.

— Думаю, смогу избавить тебя от таких проблем.

Лорен с любопытством посмотрела на Фелицию.

— Как?

Женщина вытащила из сумочки ключ и вложила в руку подруги.

— Вот, возьми. Адрес на ярлычке.

— Зачем он мне?

— Я сняла эту берлогу в Арлингтоне. Всякий раз, когда у тебя возникнет желание, можешь ею воспользоваться.

— Но как же ты? Я не могу рассчитывать, что ты будешь исчезать по моей просьбе.

— Ты не будешь мешать, — с улыбкой сказала подруга. — Я гощу у одного парня в городе. Никаких возражений. Ладно?

Лорен посмотрела на ключ.

— Господи, я чувствую себя, как шлюха.

Фелиция сжала ее руку с ключом в кулаке.

— Если одна только мысль об этом домике настраивает тебя на такие мысли, то подожди, пока не увидишь, какая обстановка в спальне на втором этаже.

— Ну, и что вы об этом думаете? — спросил Даггат, сидевший за письменным столом.

Хайрам Лусана стоял, опираясь на стул с высокой спинкой, на его лице застыла тревога.

Дейл Джарвис, директор управления национальной безопасности, погрузился в размышления. Он казался очень дружелюбным. В темных коротко подстриженных волосах поблескивала седина. Он был в твидовом костюме, но большой красный галстук-бабочка под адамовым яблоком потерял форму, словно начал таять.

— Мне представляется, что операция «Дикая роза» всего лишь игра, — наконец сказал он.

— Игра! — проворчал Лусана. — Чушь!

— Вовсе нет, — спокойно продолжал Джарвис. — Каждая нация, обладающая современным оружием, имеет департамент, который занимается «вероятностными играми». Неправдоподобными планами, ultra crepidam [11] , несбыточными замыслами. Стратегические и тактические предположения, изобретаемые для того, чтобы подготовиться к любым неожиданностям. А потом их прячут под сукно на тот случай, если когда-нибудь в них возникнет необходимость.

— И вы считаете, что «Дикая роза» именно такой план? — язвительно спросил Лусана.

— Пока нам неизвестны детали — да, — ответил мужчина. — Думаю, что у министерства обороны Южно-Африканской республики особые планы по организации фальшивых рейдов повстанцев в половине стран мира.

— Вы действительно верите в то, что говорите?

— Да, — твердо ответил Джарвис. — Пусть это останется между нами, но я знаю, что в тайных глубинах архивов нашего правительства есть самые дикие проекты, изобретенные человеком или компьютером: заговоры, способные поставить под сомнение благополучие любого народа на земле, в том числе и наших западных друзей; меры, которые позволят установить ядерные бомбы в гетто на случай восстания меньшинств; боевые стратегические планы по отражению агрессии со стороны Мексики и Канады. Ни один из десятка тысяч таких планов не будет реализован, но они существуют — на всякий случай.

— Страховка, — сказал Даггат.

Джарвис кивнул.

— Страховка от немыслимого.

— Вы хотите сказать, что за операцией «Дикая роза» ничего не стоит? — взорвался Лусана. — Считаете ее кошмаром идиота?

— Боюсь, вы приняли этот план слишком близко к сердцу, генерал. — На Джарвиса вспышка гнева Лусаны не произвела ни малейшего впечатления. — Вы должны смотреть в глаза фактам. Как любил повторять мой дедушка, вы купили кота в мешке.

— Я отказываюсь принять такой подход, — упрямо сказал Лусана.