— Скорее уходим. Там… больше никого.

За рычаги сел Кирк, транспортёр двинулся сначала тихонько, потом быстрей и быстрей.

Через несколько минут Кирк сбавил скорость: где-то тут должна стоять вторая машина, в темноте разъехаться было трудно.

Он, наконец, подал голос:

— Как думаете, свет можно включить?

Один из гномов сказал:

— Они скачут как… Если бы гнались, мы бы не ушли.

Кирк, помедлив, спросил:

— Что там такое? От них можно отбиться?

Гном произнёс какое-то слово, судя по интонации — ругательство. Продолжил:

— Если есть чем. От двух, трёх — пожалуй… Но их там десятка два. И темно. Они первым делом на прожектора кидаются, на любой свет. Очень быстрые. Чёрные. Не разберёшь — то ли сороконожки, то ли змеи…

— Ладно, на всякий случай будьте наготове. Далин, справа топор должен лежать.

Свет фар показался ослепительным после полной тьмы. Все невольно прикрыли глаза, и это могло стоить им жизни.

Одна тварь, поменьше, неслась за транспортёром по своду, каким-то неимоверным способом удерживаясь на стеклянной поверхности… Вторая обходила их справа, прямо по стене.

Длинные узкие тела с несколькими парами ног были настолько чёрными, что казались уходящими в бесконечную пустоту трещинами в камне, невозможно было даже определить покрыты ли они мягкой шерстью или твёрдым панцирем. Двигались они стремительно и плавно, с лёгким шелестом.

Как раз в этот момент беглецы поравнялись с брошенной машиной. Кирк резко принял левее, ювелирно проскочив в оставленный узкий проезд.

Тварь с потолка метнулась прямо на Турина. Он попытался сбить её в полёте тяжёлой монтировкой, которую держал наготове, но промахнулся, и чёрное тело врезалась ему в грудь. Сила удара была такая, словно в него попало ядро из пушки. Человек наверняка не выдержал бы, но гном только глухо крякнул, даже удержался на ногах; с усилием оторвал от себя извивающуюся гадость, отшвырнул вперёд, под колёса. На груди его зияла рваная рана, он, прикрывая её рукой, опустился рядом с раненым.

Транспортёр качнулся, переехав мерзкое создание правыми колёсами, и покатился дальше. Тварь, несколько раз перевернувшись, как ни в чём не бывало, бросилась вдогонку.

Вторая, потеряв несколько мгновений, чтобы обогнуть брошенную машину, уже настигла беглецов и прыгнула прямо со стены. Однако этой не повезло: едва она коснулась площадки, как Далин разрубил её надвое. Топор глухо лязгнул по металлу, оставив глубокий след. Чёрная голова, вернее, передняя часть, которая по идее должна была быть головой, попыталась подобраться к ноге гнома, но он брезгливо пнул её тяжёлым сапогом, сбросив на пол тоннеля.

Первая тварь быстро догнала их, но не прыгнула с пола, а стала, обгоняя машину, подниматься по стене, чтобы броситься сверху. Эта заминка сослужила ей плохую службу: к её встрече приготовились все трое, даже раненый Турин. Ей не дали ни единого шанса.

Других вроде бы видно не было. В этот момент транспортёр проскочил очередной зал, жужжание шин эхом резануло по ушам, потом стихло, и стало слышно тяжёлое дыхание раненого.

Рик ошарашено озирался, сжимая в руке обрезок трубы, которым его вооружил Далин как раз перед нападением.

— Что за пакость? Какие-то пиявки прыгучие…

Гномы не ответили. Кирк продолжал сосредоточенно вести, Далин осматривал раненого, неподвижно лежащего на площадке: Леон, он был без сознания, но дышал. Левая нога у него, похоже, была серьёзно сломана, низ брючины напитался кровью. Турин, открыв аптечку, мастерил себе из пластыря и бинтов огромную заплату на грудь, взглянув на Леона, молча подал Далину жгут. Тот перетянул раненому ногу над коленом; стал внимательно вглядываться назад в звёздчатую темноту тоннеля.

По рации доложили ситуацию. Дис, сама едва не в панике, заверила, что все оповещены, врачи ждут, служба безопасности наготове.

Оставалось просто доехать до лифта…

ВАГОННЫЕ СПОРЫ

В древние времена даже верхом чтобы пересечь Средиземье могли понадобиться месяцы! Автомобили, поезда, самолёты заставили мир умалиться, съёжиться… Но и на поезде путь до Изенбурга со всеми остановками занимал немногим меньше суток. Уже вечерело, и заняться было особо нечем.

Тани что-то читала, Дэн завалился на верхнюю полку и глазел в окно, а может и задремал. Элле с Максом уже час продолжали дискуссию о правильности научно-технического пути развития цивилизации. Макс доказывал, что прогресс — это благо; Элле, в общем, не особенно возражал, но так получалось, что вопросы его только разжигали пыл Макса.

…

— А как людям было выжить? Легко рассуждать о том, что технический прогресс бездуховен, что он потакает лености людской, несёт с собой гибельные для природы последствия, в конце концов, что чуть ли не главная его цель — создание всё более ужасных средств уничтожения людей! А надо, мол, жить в гармонии с природой, довольствоваться малым, духовно расти и нравственно самосовершенствоваться…