На том и порешили.

Обратно в Академгородок ехали не спеша. Солнце уже клонилось к закату. Над самым горизонтом в ещё голубом небе ярко засиял Арендель. Элле легонько толкнул Тани, кивнул в сторону звезды.

— Звезда надежды, — тихо сказала Тани.

***

Едва добравшись до дома, Элле сразу кинулся за компьютер. Накидав на диск из сети десятка два страниц, принялся увлечённо читать. Пересказ легенды о создании Ортанка и о мастере Сармуне нашёлся быстро.

Издревле строительным и кузнечным делом занимались гномы, которых обучил отец их, Алу, — бог-кузнец, властитель огня и камня. А люди занимались земледелием да разведением скота.

Но со временем появились и среди людей искусные каменщики и кузнецы. Только никак не было им удачи. Выкованные ими мечи ломались, а выстроенные стены рушились. Потому что не лежало на них благословление Алу.

Собрались человеческие мастера просить отца гномов о милости. Тогда он привёл их в Агларонд, «блистающие своды», где создали гномы чертоги красоты неповторимой. И сказал: «Если вы так же искусны — сделайте что-то столь же поразительное, и если скажу я, увидев, что достойно то творений детей моих, то благословлю я ваши дела».

Собрались люди думать, что же сделать, чтобы не уступало оно делам пещерных мастеров. Долго думали, и вот вышел Сармун — каменщик, кузнец и чародей, и молвил: «Как сможем мы с гномами тягаться в исконных их делах? Давайте же построим башню. Не строят гномы башен». И велико было их стремление. Пришли они в Железную крепость и возвели там твердыню, каких не бывало в Арде.

Настал срок Алу принимать работу. Увидел вознесённый ввысь чёрный столп и сказал: «Высока и стройна башня ваша, но разве сравнится она красотой с делами детей моих? Крепок и камень её, но стоит она открытая дождям и ветрам. Пройдёт век — и останутся от неё лишь развалины. Или враги ваши сокрушат её. Творения же гномов — славны в веках». Но сказал Сармун: «Пусть тогда твои дети её разрушат». Подошли гномы к башне, попытались разбить — но отскакивали от неё гномьи топоры и молоты. Удивился великий бог, ударил по камню своим молотом — преломилась рукоять. Сотряс Алу Арду, рухнули горы, но стояла башня непоколебимо. Поразился он и воскликнул: «Да, поистине это чудо достойно дел детей моих!» И установил с людьми завет: благословляет он каменщиков и кузнецов человеческих, а они станут чтить и славить его. А в знак этого договора повелел воздвигнуть храм вокруг башни Ортанк, чтобы человек, замышляющий дело строительное, либо кузнечное, в храм этот десятину от своих трудов доставлял, для благословения замысла его.

Просидев ещё часа два у монитора, Элле устало откинулся на спинку кресла и досадливо поморщился: полного текста в оригинале найти так и не удалось. И никаких упоминаний о кольце. Больше всего донимало то, что каждая вторая страница из сети содержала бредни дилетантов, а то и вовсе больных на всю голову, с пеной у рта доказывавших, что Ортанк построили инопланетяне или предыдущая цивилизация аталантримов-нуменорцев, или люди-ящеры с синей кровью… И построили-то её миллион лет назад, и вообще башня — это секретный портал в параллельный мир.

Впрочем, поиск не был совсем безрезультатным — нашлось несколько настоящих научных трудов по Альтемпле, а также пара любопытных замечаний. Самое интересное касалось времени строительства Ортанка. Удивительно, но исследователи расходились в датировке в сотни и даже тысячи лет, при этом единственное, с чем все были согласны, что к 2300–2400 г. до н. э., когда были высечены плиты с легендой, Альтемпле уже давно существовал как вполне сложившийся храмовый комплекс, включавший и башню, и стены, и катакомбы. Значит, Сармун из легенды — строитель Ортанка — жил (если конечно вообще существовал) не четыре, а пять тысяч лет назад, а может и ещё раньше! То есть он точно не мог участвовать в сражениях с гикканами.

Но всё равно, это было круто! Саруман — Сармун — Кэрмунд. Это не могло быть просто совпадением! И они это нарыли!

Элле послонялся по комнате, налил чаю.

Дэна не было. Когда вернулись домой, он сразу ушёл гулять куда-то по общежитию — наверное, опять играть в кости.

Ужасно захотелось позвонить Тани, но он сердито остановил себя, засунув руки в карманы — не хватало ещё надоедать ей, как какой-нибудь малолетний кавалер. Или как Дэн. Решив, что утро вечера мудреней, Элле отправился спать.

Всю ночь ему снились какие-то тревожные неясные сны, которые невозможно было запомнить, но которые оставляли после себя неприятное тягостное ощущение.

***

Подходил к концу третий день после поездки в Форлин. Ребята и Макс сидели в беседке на берегу озера и подводили итоги поисков. Вечер был прохладнее, чем обычно, от воды тянуло свежестью. Тани зябко поёжилась. Тренер заботливо накинул ей на плечи свою спортивную куртку, она благодарно и чуть смущённо улыбнулась. Дэн сбегал до бара, расположенного неподалёку, принёс печенье и чай в одноразовых тонких стаканчиках с наговором.

Элле взял стаканчик, снял пластиковую крышку — стаканчик разогрелся, потянулся душистый парок. Здесь хорошо заговаривали: чай или пирог всегда горячие точно в меру, не как в кафе, которое слева, у дороги. Там вечно всё греется до кипения. А здесь — как надо.

Всё что можно было, вроде уже обсудили. По всему выходило, что необходимо ехать в Изен.

Полный оригинальный текст легенды найти так и не удалось. Выяснилось, что несколько плит с текстом попросту отсутствовали. То ли не были до сих пор найдены, то ли были непоправимо испорчены уже в древние времена. Вроде бы, существовали какие-то ещё отдельные фрагменты текстов, но разобраться в этом можно было только на месте, поговорив с людьми, которые непосредственно с этими текстами работают. И даже если в легенде ничего о кольце нет, то была возможность наткнуться там ещё на что-нибудь интересное. Всё-таки Альтемпле — старейший музей в северо-западном Союзе, если не на всей Арде.