К моему удивлению, после гибели последних рицеров, химеры принимаются действовать разнонаправленно — часть кидается к стене, пытаясь вскарабкаться наверх, запрыгивая на камень и пробуя зацепиться клешнями. Около сотни направляется в нашу сторону, а остальные небольшими группами разбегаются в разные стороны. Ту группу, что движется в нашем направлении, я накрываю очередным ударом хлебных шипов, уничтожая почти половину из них. Призванные успешно расстреливают ещё десятка три и уцелевшие химеры быстро меняют направление движения, скачками двигаясь в сторону кустарника на топях.

Выдохнув, окидываю взглядом поле боя и понимаю, что практически всё кончено. Судя по тому, как хаотично отступают эрсаллы, поблизости отсутствует кукловод, что на самом деле довольно странно — либо схоры бежали при появлении Кьюс и рицеров, либо уже столкнулись с ней и погибли.

Ещё минут десять уходит на то, чтобы защитники городских стен с нашей поддержкой перебили всех оставшихся эрсаллов, после чего наступает тишина. За это время струны успевают чуть успокоиться — теперь я наверняка смогу пустить в дело магию, не рискуя сдохнуть на месте. Бросив взгляд на Микку, отдаю команду.

— Рассредоточить солдат, пусть держат позицию здесь. Если по мне откроют огонь — прикройте отступление. И затащите механоида в кустарник — если придётся бежать, возьмите его с собой.

Насупившаяся девушка кивает, а я шагаю вперёд, направляясь к воротам. По пути обхожу верхнюю часть однорукого механоида — его мозг всё ещё жив и «робот» шевелится, развалившись в грязи. Он умудрился отстрелять всю ленту из ручного пулемёта, который подтянул к себе и теперь сжимает в руке клинок, видимо в расчёте на то, что какой-то противник подберётся достаточно близко.

Когда подхожу к воротам, в которые упирается дорога, сверху звучит голос.

— Кто вы и что тут делаете?

Держа наготове нотную связку щита, поднимаю голову, высматриваю кричащего человека.

— Кирнес Эйгор — единственный законный император Норкрума, только что спасший ваш город от полного уничтожения. Откройте ворота.

Какой-то промежуток времени собеседник молчит — до меня доносится только гул шёпота, который валом проходит по стене.

— Полковник Кольберт — командующий гарнизоном Лэсхота. Как вы можете это подтвердить? Уж извините, но я не собираюсь на слово верить любому, кто назовёт себя императором. Особенно, если он на моих глазах привёл в этот мир двух демонов.

На момент внутри всплёскивается раздражение и возникает мысль о том, чтобы задействовать айван, прикончив полковника на месте. Уже тянусь к хлебу в его желудке, но вовремя себя одёргиваю.

— Среди моих солдат есть Канс Тонфой — сын хёрдиса, который сможет подтвердить мою личность. Как и барон Тернек.

Выдохнув воздух, не удерживаюсь от продолжения.

— Сегодня погибла дочь виконта Мэно, главы военной разведки империи, которая была моей невестой. Хочу предупредить, полковник — если вы продолжите показывать свой норов, я выбью ваши ворота, войду в город силой и отправлю на тот свет каждого, кто рискнёт оказать сопротивление.

Несколько секунд командующий местного гарнизона молчит, после чего снова звучит его голос.

— Я допускаю, что вы можете быть законным наследником престола, но…вам стоит знать, что далеко не все нормально примут демонов, что вам служат. Особенно после того, что произошло сегодня.

Губы сами собой растягиваются в нервной усмешке.

— Сегодня под вашими стенами сошлись отряды династии Схэссов и схорские химеры. Что первые, что вторые, с радостью бы перемололи всё население Лэсхота, ради формирования армии. Если бы не мы — каждый житель города, сегодня бы погиб, став материалом для боевых конструктов. А что до тех, кого вы зовёте демонов — это ложь, которую вам долгие годы вбивали в голову. Задайте вопрос любому старому магу — он расскажет вам, кто они на самом деле.

Ещё один период тишины, после которого слышится голос Кольберта.

— Открыть ворота!

За мощными створками что-то лязгает и те начинают расходиться в сторону. Обернувшись на ждущий отряд призванных, взмахиваю рукой, давая им сигнал приблизиться. Спустя минуту ворота полностью открываются и мы, вместе с подошедшими бойцами, заходим внутрь. На мгновение в голове мелькает мысль, что возможно не стоит туда соваться с относительно немногочисленной группой своих людей. Но она почти сразу гаснет. Да и если посмотреть на ситуацию логически, у меня под рукой достаточно материала, чтобы перебить энное количество солдат гарнизона. К тому же, куда проще было бы попробовать атаковать меня, пока я стоял под воротами, а не пускать внутрь.

Пройдя за ворота, вижу сгрудившихся солдат — вокруг больше полусотни человек, которые пялятся на меня и призванных. Сзади к ним подходят всё новые и новые люди, среди которых немало вооружённых гражданских. Большинство взглядов сходится на мне — озвученный титул и щедро залитая кровью одежда привлекают внимание. Ещё какая-то часть изучает обнажённую блондинку, что шагает в арьергарде. Краем глаза замечаю рослого мужчину в армейской форме, перед которым расступаются все остальные — видимо это и есть Кольберт. Но первым к нам проталкивается не он, а возмущённый старик, размахивающий руками. Показывая пальцами на новых призванных, которые щеголяют голышом, принимается кричать.