«Почетный эскорт решили организовать. Что ж, ладно. Терять мне особо нечего».

Выход из гробницы вел на площадку, огражденную стенами, оказавшись за ее пределами, Кирилл в очередной раз застыл в изумлении.

Они находились на вершине исполинской ступенчатой пирамиды, откуда открывался изумительный вид на город внизу. Рядом с ней возвышалась дюжина зиккуратов поменьше, десяток храмов, дворец прямоугольной формы с четырьмя многоэтажными квадратными башнями по периметру.

Центральную часть города окружали жилые кварталы, застроенные лачугами, где, вероятно, обитали низшие слои общества, дальше, километрах в шести начинались густые зеленые джунгли. В стороне восходящего светила, Кирилл решил считать ее условным востоком, протекала широкая река.

— Ачтилан. — Указал жрец рукой на город.

Лопатин кивнул, показав, что царь не до конца потерял адекватность. В глазах разукрашенного аборигена отразилось облегчение.

Бывший танкист неустанно анализировал имеющуюся информацию, архитектура, изобразительное искусство, название города намекают на явную связь с земной Мезоамерикой. Дома столица империи ацтеков именовалась Теночтитланом, ее разграбили конкистадоры во главе с Эрнаном Кортесом…

«К каким милым людям меня занесло».

Кирилл кое-что знал про традиции индейцев Нового Света вроде вырезания сердец у живых людей в промышленных масштабах. Как с такими дикарями найти общий язык, не совсем ясно, впрочем, не стоит спешить с выводами. Внешнее сходство может вводить в заблуждение.

По лестнице с нижнего яруса пирамиды поднималась процессия из бритоголовых жрецов в белом, сопровождавших несколько женщин.

Трое из них молодые индианки в коротких до колен цветастых платьях с открытыми плечами, но четвертая выделялась сильнее всего.

Длиннополое черное одеяние с какими-то зелеными узорами-завитушками, не оставлявшее открытой ни одну часть тела, включая голову. Лицо скрывала искусно отлитая золотая маска. Скорее всего, она вроде королевы.

Местная Гюльчатай подошла к Кириллу, выдала непонятную фразу, после чего взяла его за руки. Из-под рукавов длиннополого одеяния показались мумифицированные конечности, украшенные золотыми перстнями. Эта дама такая же нежить и наверняка не чужая для прежнего владельца тела. Жена, сестра, дочь? Что будет с Кириллом после того, как процедура опознания завершится неудачно?

Мертвая дама, не дождавшись ответа, стянула маску с лица.

«Черт, засуньте меня обратно в саркофаг».

Кирилл осознавал, что сам выглядит не лучше, но все же испытал отвращение при виде мертвецкой хари с пустыми глазницами, ввалившимся щеками, оскалом белоснежных зубов. Для местных, похоже, разгуливающие по улицам трупы в порядке вещей. Живые не просто не боятся их, а относятся с ярко выраженным почтением.

«Наверное, благодаря таким культурным традициям меня еще не похоронили окончательно».

— Кеоцикаль, — произнесла мумия, двигая ртом. — Кеоцикаль.

Кирилл пожал плечами, помотал головой. Собеседница положила свою руку ему на грудь и повторила:

— Кеоцикаль, уэй-тлатоани Ацтлан.

Тлатоани у земных ацтеков называли верховных правителей, Лопатин помнил это из одной прочитанной книги. А Ацтланом мифической прародиной этого мезоамериканского народа. Выходит, его приняли за Кеоцикаля, правителя целого государства.

Ответить младший сержант не мог, не понимал способа произнесения слов у нежити, поэтому утвердительно кивнул. На лице главного жреца выступила улыбка, он громко заголосил.

— Теякапан, — представилась носительница золотой маски и показал браслет на левой руке. Кирилл носил такие же.

До аборигенов уже дошло, что тлатоани после спячки пребывает в неадеквате с отшибленной памятью и они начали вводить его в курс дела. Кирилла отвели в покои, располагавшиеся ярусом ниже, разместили в одной из комнат. На полу постелены циновки, стоит невысокий деревянный столик с какими-то свитками, у стен горят каменные жаровни.

Вскоре в помещении остались лишь трое — Кирилл, Теякапан и жрец в белом одеянии. Аборигены несколько минут вели оживленную беседу, то и дело, поглядывая на проснувшегося тлатоани.

— А-а, э-э, — неожиданно младшему сержанту удалось выдавить из себя несколько звуков. Совершенно непонятно, как оно работает при неработающих органах, но работает же… Одна проблема позади, можно налаживать контакт. — В-воот, ж…жопа… Р-раз, два, раз, два… три, четыре, пять, вышел… зайчик п-погулять.

Кирилл понял принцип голосового общения нежити — просто пытайся говорить, не отвлекаясь на лишние мысли. Горло само рождает звуки. Теякапан и жрец некоторое время наблюдали за упражнениями подопечного, пока он не решил перейти к освоению языка аборигенов. Кирилл просто тыкал пальцем в предмет, на настенный рисунок, изображал какое-то действие, они называли слово. Запоминание в новой нежизни происходило с первой, максимум второй попытки.