— Довольно. Оставь нас, — короткие требовательные слова, прозвучали резко, но тихо. Дэмриану явно не требовалось кричать, чтобы быть услышанным.

Я все еще удерживала его взгляд, боясь пропустить даже малейшую капельку эмоций, поэтому только и слышала, что тихие шаги, шуршание юбки, негромкий скрип двери.

Несколько минут в полнейшей тишине мы обменивались грозными прощупывающими взглядами, такими же, как у сапера, что вынужденно передвигается по минному полю. Пришедшее на ум сравнение отрезвило, напомнив, что так прислушиваться к другому может только заинтересованный человек, а значит… Развивать мысль я не стала, а то с моей склонностью к философским рассуждениям запросто выстрою совершенно немыслимую логическую цепочку и новую картину мира, в которой этот невозможный мужчина окажется по уши влюбленным в такую всю из себя меня.

— Почему ты не спросил моего согласия? — зацепилась я за реальность, вспомнив об уязвленном самолюбии.

— Это все что тебя сейчас волнует? — рассмеялся он легко и, кажется, довольно.

— Это не смешно. Это важно! — пробормотала обиженная этим легким смехом.

— Важнее того, кто твой муж?

Вопрос ввел меня в неопределенный ступор. Вроде, речь шла о том, что мой муж Дэмриан, если я ничего не упускаю. Хотя, в нашем мире были когда-то браки по договоренности, когда в храме один, а на деле другой. Может и тут так? Тогда почему я проснулась в его кровати? Запутавшись в рассуждениях, даже не смогла четко сформулировать вопрос, лишь выдавила из себя ошарашенное:

— В смысле? Разве не ты? Не Дэмриан не помню как Блейк?

— Я…, - обескураженно ответил он.

Я уже даже боюсь спрашивать, чего мне еще можно ожидать от этого мира. Поэтому повторяю как заезженная пластинка:

— Тогда еще раз: почему ты не спросил моего согласия? И как вообще можно жениться на ком-то, если этот кто-то не сказал тебе заветное «да»?

Он подается вперед одним резким движением, сокращая расстояния между нами до невозможного. Не прикасается ко мне, не вжимает меня в грудь, но так близок, что я чувствую колыхание воздуха, встревоженного его грудной клеткой, слышу настойчивый стук его сердца, чувствую опаляющий жар его тела. Вот как так? Он же холодный, как лед, замораживающий…

Сильная рука подхватила мой подбородок, и легко приподняла его, мягко касаясь пальцами, вынуждая снова вернуть взгляд глаза в глаза:

— У демонов нет брачной церемонии. Чтобы пожениться, достаточно просто обменяться кровью и произнести нужные слова. Побродив по ледяным пустошам, ты заболела, а твоя привязка к миру еще слабая, неустойчивая. Твоя душа очутилась на грани, — его тихий голос звучал так убедительно, что я сразу поверила, большой палец нежно и ненавязчиво погладил мой подбородок, а я снова ощутила покалывание и вспорхнувшую стайку бабочек в животе. — Другого выхода, кроме как привязать тебя ко мне не было.

— И сколько еще? — вырвалось у меня.

Дернула головой, уклоняясь от новой, чувственной ласки, но все было бесполезно. Разбуженные бабочки в животе утихать не хотели. Возбуждение разлилось по телу, заставляя кровь кипеть от желания, а его глаза ласкали не хуже рук, которые он спрятал за свою спину.

— Что?

— Сколько еще мне нужно привязок к этому миру, что бы при малейшем чихе моя душа не стремилась вырваться за грань?

Дэмриан задумчиво пожал плечами, а я уставилась на запястье, на котором красовался надетый драконом браслет. В груди обреченно ухнуло сердце от этого моего невольного предательства. Поймет ли меня Рейдеран? Не посчитает ли виновной в произошедшем? Согласится ли делить свою пару с демоном?

— И что мне теперь делать? — пробормотала растерянно, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Принять еще один браслет.

— Не могу. Сейчас не могу, — покачала я головой, понимая, что совершить осознанно, то, что я и так уже сочла предательством, не могу. — Меня влечет к тебе, но этого мало. Я тебя совершенно не знаю. Да, и Рейдеран… Мне нужно поговорить с ним, — посмотрела на мужчину просительно и чуть не испарилась от мелькнувшей в глазах второго мужа злости.

— И что теперь? Будем ждать разрешение дракона?

— На счет разрешения не знаю, но обсуждения с ним своего нового статуса, я точно буду ждать, — и замолчала, отворачиваясь от смущающего меня пронзительного взгляда.

Хлопнула, закрывшись, дверь, а я осталась, растерянно наблюдая за видом из окна: заснеженная пустошь, кружащаяся поземка и лишь в отдалении чернеют небольшие здания. А ведь побывав в саду, я была уверена, что тут такое же время года, что и у драконов, и никак не представляла лютый мороз за окном.

Дэмриан Эдриян Блэйк

Сумерки сгущались за окном, а легкий ветерок грозил перерасти в метель. Герцог Дэмриан Эдриян Блэйк смотрел на быстро темнеющее небо такое же насыщенно темное, почти черное, как и глаза его избранницы.

Он ненавидел зиму. Ненавидел то, что уже много веков огненные демоны, стали ледяными и вынуждены жить в этой заснеженной пустыне. Жалел, что не застал, то обилие зелени, что когда-то было на их землях.

Когда-то давно больше всего на свете юный герцог мечтал вернуть этим землям былое плодородие. Уничтожить купол, что накрывал Курукир, препятствуя солнечным лучам и теплу. Только все летописи, что попадались на его глаза, твердили об одном — снять существующее проклятие может человеческая жертва. Жертва, которую нужно принести в соответствии с древним ритуалом. Тогда Дэмриан не придал этому значение. Да, и зачем? Люди давно не обитали на землях Аластри, уведенные Ахлес в другой мир они растворились, исчезли из этого не оставив ни одного чистого потомка.