Но попыток двинуться в сторону ванной комнаты никто не предпринял. Мы так и остались вдвоем, тесно переплетясь телами — состыкованные пазлы, рассыпанной между мирами картинки душ.

Утро подкралось незаметно, а вместе с ним где-то в груди нарастал привычный беспричинный страх, что что-то пойдет не так. Слишком мало опыта у меня в этом, и если первый положительный, во второй сама сбежала задолго до рассвета, в третий не знала, куда себя деть от смущения… То сейчас… Сейчас просто было страшно. И все же, как был прав поэт своим «как мало тех, с кем хочется проснуться».

Не открывая глаз, повернулась на постели и тут же оказалась погребена под могучей теплой рукой, что притянув, вжала меня в каменную грудь. Зажмурилась от ощущения защищенности, согретая мирно подрагивающим телом за спиной. Мужская рука скользнула по прикрытой тканью груди в легкой ласке, вызывая сонм мурашек, что теплой волной растекались по телу.

— Не спишь? — повернулась в кольце мужских рук и наткнулась на плещущие янтарным пламенем глаза.

— Ты меня вчера испугала, — взъерошив на голове волосы, признался мужчина. — Ты же знала, что тебе опасно там находиться? — кинул упрек дракон, вскакивая с кровати.

И я зависла, потеряв всякую связную мысль, потому что это гибкое тело, с плавными движениями хищника, эти перекатывающиеся под обнаженной кожей мышцы, эти кубики пресса, и спускающаяся вниз от пупка едва заметная дорожка волос — это сплошное искушение. Еле сдержала чувственный стон готовый сорваться с уст.

— Ты слушаешь меня вообще, Аля? — перевела замутненный взгляд на требовательно спрашивающие что-то губы. — Не смотри так на меня, девочка, — чувственным полустоном-полукриком попросил дракон, вызывая сладкую волну возбуждающей дрожи пробежавшей по телу до самых пят.

Плавным движением скользнул ко мне и снова стиснул в своих объятиях. Выдернул из постели вместе с одеялом, в которое куталась смущенная я, и уселся, устраивая меня на своих коленях. Прижался горячими губами к моей макушке.

— Ты сплошной соблазн… Мое искушение…, - сбивчиво пробормотал мне в волосы.

И новой волной мурашек откликнулась на его слова какая-то часть меня, а подо мной шевельнулась уже довольно твердая часть его. Хихикнула несдержанно.

— Рей, — прошептала я, ощущая, что эту чувственную негу, в которой я плавилась, растекаясь, нужно отпустить.

— Люблю тебя, — прошептал дракон, опалив дыханием мою шею и целуя меня в районе позвонков.

— Разве еще не рано для таких признаний? — неверяще встрепенулась я.

— Главное, чтобы не было поздно. А с тобой запросто можно опоздать. Вот вчера уже чуть не опоздал, — с какой-то горечью заметил он. И меня опалил его невысказанный упрек, похлеще, чем недавнее признание.

— Зря ты так, ничего бы со мной не случилось, — фыркнула, отмахнувшись, чувствуя, как внутри разливается приятная волна, как же это чудесно, когда о тебе кто-то волнуется. На меня вдруг нахлынула огромная благодарность к этому мужчине, единственному на кого я могла опереться в этом новом и незнакомом для меня мире.

Меня еще крепче сжали в объятиях:

— Я-то этого не знал.

Разговаривать, не видя его лица, стало невыносимо. Хотелось следить за сменой выражений, за тенями и огнем в его глазах. Повернулась к нему, удобней устраиваясь в его руках.

— Не ерзай, — попросил, сдерживая чувственный стон мой мужчина, а мне чисто из духа противоречий захотелось поерзать. Хотя и одного этого движения было достаточно, чтобы понимать к чему это приведет.

Улыбнулась, поймав себя на мысли, что считаю его своим. Как-то у нас все очень быстро. Стремительно.

«А если все это обман, иллюзия», — проснулся в глубине души скептик и запричитал, — «что я буду делать потом со своим разбитым вдребезги сердцем? После первого еще не успела собрать все кусочки… Нет, там все сложнее — любовь осталась. Появись сейчас перед моим взором Итон, и попроси, а он бы непременно попросил, выбрать между ним и Реем…». Додумывать не хотелось, это был бы кошмар, тихий ужас и мне бы оставалось только под поезд, потому что выбрать и отказаться от одного из них я б уже не смогла. А это значит…

Слишком много всего это значит, чтобы я могла спокойно размышлять на эту тему.

— Рей, у тебя же никого нет? — задала тревожащий душу вопрос.

— В каком смысле нет?

— Да, в прямом. Бывшие жены, дети, любовницы, любимые, девушки, которым ты что-то обещал, — пробормотала так тихо, что и разобрать было невозможно.

— Дай, подумать, — ответил мне с серьезным видом мужчина, — Жена есть, дети, надеюсь, будут, любовница и любимая тоже есть, как и девушка, которой я кое-что обещал.