— Шассси[1], ты идешь?

Глубокий голос с едва заметными шипящими нотками окликнул ее от самого входа.

— Я тебя еле нашел, вечно ты носишься по всей технической части.

— Привет, Дин-Дин! — Катя привычно обняла высокого нага, чмокнула в немного чешуйчатую щеку.

Где-то рядом раздался металлический грохот, а потом отборный мат сразу на нескольких наречьях. Змей поморщился от громкого звука, но больше ничем не выдал свое отношение. Динара в Академии боялись. Обосновано. Все кроме Кати, но это было понятно. Ему, не им. Поэтому к такой реакции на непосредственность его малышки он привык, а иногда даже добавлял масла в огонь — или вежливо кланялся ей, или подхватывал на руки, от чего девчонка смешно визжала, брыкалась, делая вид, что ей страшно, но оба прекрасно знали, что это не так.

— Привет, шассси, я тебя заждался.

— Я уже закончила, ты очень вовремя.

Динар взял за привычку провожать Катю на общие уроки. В этом ритуале было намешано много чего: и долг перед маленькой госпожой, и потребность быть рядом, и желание защитить ее от некоторых злых взглядов и шепотков. Да, на нее косились уже в меньшей степени, эти два месяца не прошли даром, острота слухов спала и неофиту Гордеевой стало немного легче дышать.

Немного.

Происшествие на полигоне не добавляло нагу спокойствия, с причинами сбоя так и не разобрались, списав все на нарушения норм эксплуатации.

Необходимость поддерживать убеждение Кхариссы в его зависимости, тоже играло свою роль, куда без этого. Его несостоявшийся матриарх нет-нет, да пробовала границы его преданности шассси, проверяла на прочность их связь, выискивая возможную брешь. Так что быть рядом с Катей было вдвойне правильно — и приятно, и полезно.

— Ты подготовилась?

— Конечно, не хватало еще опозориться перед куратором.

Учеба шла не так чтобы тяжело, но все же с определенными усилиями. Как бы не старался Ямомото, но дать ей все нужные знания у него не получилось, многое ей приходилось наверстывать, догоняя сверстников. Из-за этого пришлось отказаться от части опциональных курсов, оставив только то, что связано с малыми кораблями и полетами.

Совершенно не помогал и Хидеки, сын Наместника, записывавший ее в личные враги и использующий любой подвернувшийся шанс, чтобы как-то ее унизить, насолить, выставить в поганом свете перед преподавателями. Не помогал и Тэкеши. Нет, он ее никак не задевал, не подстраивал каверзы. Чаще всего он ее просто не замечал, но иногда кидал те самые странные, нечитаемые взгляды, и вот они как раз напрягали.

Зато они сблизились с Дин-Дином. Наг был рядом почти всегда: в столовой, на лекциях и семинарах, в их общей с Эйни гостиной. Катя уже как-то привыкла читать очередной материал, делать домашнее задание, привалившись к теплому боку Дин-дина. К ним часто присоединялась Эйни, вот кому учеба давалась легко и непринужденно. Сильфа была ходячей энциклопедией, знала почти весь теоретический материал и на курсах скорее вспоминала, чем учила новое.

— Старший офицер в классе! — громкий крик старосты заставил рефлекторно вытянуться в струнку, вставая рядом с партой.

Естественно, что старостой группы заделался Хидеки, и это вовсе не добавляло радости Кате. Мерзкий нэко выискивал малейшую возможность влепить ей штрафные баллы за, якобы, неподобающее поведение. К сожалению, такая власть у него была, и Катя совсем не понимала Вика — почему он дал этому папенькиному сынку возможность вовсю изгаляться над ней, да и не только, теша свой «синдром вахтера».

— Садитесь, желторотики, — в своей обычной манере поприветствовал группу куратор. — Что, время подводить итоги очередного месяца?

Катя тяжело вздохнула, рейтинговая таблица ей уже снилась. В кошмарах, так как она была в самом ее конце.

— Что мы имеем? А имеем мы нерадивых курсантов, решивших, что они попали на курорт… Гордеева! — рявкнул Вик.

Девушка тут же вскочила на ноги, «поедая глазами» начальство.

— Опять в конце списка? Мне напомнить, что ваши шансы на вылет растут с каждым днем?

— Никак нет, куратор Бешан.

— С учебой понятно, подтягиваетесь, преподаватели отмечают старания и хорошую базу, но почему столько штрафных по дисциплине?! Или вы с Уставом плохо знакомы? — задал закономерный вопрос Вик.

— Куратор Бешан, я не нарушаю Устав МВА.

— Вот как? Баллы сами появляются тут?

— Никак нет, куратор Бешан. Их выставляет староста.

Вик перевел тяжелый взгляд на Хидеки:

— Встать, курсант Ясухиро. Что можете сказать по поводу штрафных курсанта Гордеевой?

— Курсант Гордеева ведет себя неподобающе, куратор Бешан, — уверенным голосом отрапортовал Хидеки, дождавшийся, наконец, своего звездного часа.

Как он думал.

— «Неподобающе» — это как? Грубит преподавателям, есть жалобы? — Вик потихоньку начал звереть.

— Никак нет, куратор Бешан.

— Не выполняет распоряжение старших офицеров?

— Нет, но…

— Что «но»? Четко по форме — «да» или «нет»?

— Никак нет, куратор Бешан, — уже менее уверено ответил Ясухиро.