Она схватила руку Джека и сжала её.

– Я так рада, что с тобой всё в порядке.
– Она снова покачала головой.
– О Боже, твой дедушка! Как он?

– В коме.
– Джек не помнил всего, что сказал доктор – в палату вошла жена дедушки, и Джек ушёл так быстро, как только мог.

Лори снова сжала его руку, её взгляд смягчился.

– Что бы тебе ни понадобилось, мы с Марком будем рядом и всегда готовы помочь.

Она вдруг подняла голову и отпустила его руку.

– О, пресс-конференция, - Лори указала на телевизор, где передавали новости, которые они так долго ждали.

Марк стоял перед микрофоном с очень серьезным лицом.

– Сегодня Министерство юстиции Монтаны было поставлено в известность о незаконных и крайне тревожных программах. Эти программы осуществляются по всей стране. В них задействованы дети, которых вывели из-под государственной опеки под ложными предлогами, а также младенцы, которых купили у матерей, находящихся под наблюдением социальных служб, особенно у тех, кто проходил лечение от алкогольной или наркотической зависимости. Сейчас мы выясняем, кто эти дети. Эти программы работают уже много лет. Некоторые из жертв в настоящее время могут быть уже взрослыми.
– Марк посмотрел прямо в камеру.
– Если у вас есть какая-либо информация об этих программах, или если вас просили отдать ребенка в обмен на деньги, пожалуйста, свяжитесь с нами.

Марк сделал паузу, и толпа притихла.

– Если вы являетесь жертвой данной программы, пожалуйста, немедленно свяжитесь с властями. Вас жестоко обманули, и мы хотим, чтобы вы помогли нам посадить тех, кто мучил вас, сделать так, чтобы они ответили за содеянное.
– Он поднял фотографию доктора Свифта.
– Этот человек является главным подозреваемым и разыскивается за убийство и множество других преступлений. Если вы увидите его, пожалуйста, позвоните по указанному на экране номеру. Не приближайтесь к нему. Он вооружён и опасен.

«И очень зол, - подумал Джек. – Даже сильнее, больше, чем просто зол. Он в ярости. Точно так же, как Дрисколл, когда узнал, что моя мама вмешалась в его эксперимент. Точно так же, как мой дедушка. Ярость толкнула его на убийство. Но никто не узнает, что он совершил. Никогда».

Толпа начала кричать, и Марк указал на женщину с микрофоном, стоящую в первом ряду.

– Агент Галлахер, с какой целью похищают этих детей? Что это за программа?

– Их помещают в дикие и суровые условия, чтобы они приобретали навыки выживания. За ними пристально наблюдают. Лагеря, скорее всего, расположены в отдаленных районах, в милях от цивилизации. После такого своеобразного “обучения” их продают тем, кто хочет использовать их таланты.

– Агент Галлахер, - крикнул кто-то из толпы, - как вы узнали об этом? Что вас насторожило?

– В данный момент я не могу это обсуждать.
– Марк посмотрел направо и кивнул кому-то в форме, затем вновь повернулся к орущей толпе журналистов.
– Это все вопросы, на которые я могу ответить прямо сейчас. Мы будем обновлять информацию по мере получения дополнительных сведений.

Марк сошёл с маленькой сцены, и затем изображение переключилось на двух человек, сидящих за столом.

– Ух ты, Марсия, это целая история. Нежеланных детей обучают в особых лагерях, чтобы они стали… кем? Элитными солдатами?

Женщина по имени Марсия покачала головой.

– Не знаю, Гэри. Всё это просто выворачивает мой желудок наизнанку.

Гэри кивнул.

– Хотя ты должна признать, что эта идея, если она будет реализована должным образом, может принести огромную пользу обществу.

У Марсии буквально отвисла челюсть.

– Ты, должно быть, шутишь. Чтобы добиться улучшений в обществе, мы обращаемся к Голодным играм? Серьёзно? Может быть, в ближайшее время мы сможем наблюдать за ними в прямом эфире или через приложение в телефоне? А что, звучит заманчиво. Современный римский Колизей.

Гэри на мгновение задумался, но потом рассмеялся, шутливо подняв руки вверх.

– Эй, эй. Я просто озвучиваю то, что думают и другие. Я не имею в виду, что это идея хороша, моральна или не экстремальна, чтобы воплотить её в жизнь, я просто говорю, что мы должны понимать своих врагов, чтобы успешно бороться с ним. Или, в данном случае, просто найти их.

– Исходя из твоих комментариев, я беспокоюсь, что люди скорее захотят стать ими, а не бороться с ними.

Затем Марсия и Гэри,начали говорить об обществах, которые перестали существовать, и о других вещах, которые Джек пропустил мимо ушей, потому что был слишком занят, наслаждаясь ароматом Харпер. Она всё ещё пахла, как его Харпер, но также от неё исходил аромат свежести и свободы. Джек снова попытался притянуть её ещё ближе к себе, хотя Харпер уже и так сидела у него на коленях.

Она снова посмотрела на него, и он застенчиво улыбнулся. Она тихо рассмеялась, проведя рукой по его подбородку.

Лори выключила телевизор.

– Пожалуй, этого достаточно. Когда вы двое собираетесь уйти отсюда?

– Надеюсь, в любую минуту, - ответила Харпер.

– Уверена, вы очень устали и хотите отдохнуть. Но если вы голодны, я могла бы приготовить ужин… О, нет, вы наверняка, хотите побыть одни.

Харпер незаметно слегка сжала руку Джеку.

– Хорошо было бы поужинать с вами и Марком, - сказал Джек, без тени сомнения.