Мы попрощались с Пейдж и ушли. Крис следовал за мной по тротуару к внедорожнику. И когда мы оказались в салоне машины он тихо усмехнулся.

Я посмотрела на него, пристёгивая ремень безопасности.

— Что?

— Я видел, какие ты взгляды бросала на тех девушек, — сказал он с ухмылкой.

— И какие же взгляды?

— Ты волком смотрела на них всякий раз, когда они двигались.

— Они раздражали. Им что нечем было заняться, кроме как стоять и глазеть на людей?

Крис самодовольно наклонил голову.

— Ревнуешь?

Я фыркнула.

— Ты о себе слишком высокого мнения.

— У меня есть на это причина. Самой красивой девушке во всём мире не нравится, когда другие женщины смотрят на меня.

Я разразилась смехом, и выглянула из пассажирского окна, чтобы он не увидел какой эффект на меня оказали его слова.

— Признайся. Ты считаешь меня сексуальным.

Я искоса посмотрела на него.

— Каждая женщина считает тебя сексуальным. Ничего нового.

— Плевать мне на всех остальных женщин, — сказал он низким голосом, от которого изысканная дрожь пронеслась по мне. — Меня заботит только твоё мнение.

— Думаю, ты должен уже выезжать.

— Никуда не поедем, пока ты не признаешься, что немного там приревновала.

Он был прав, но я ни за что не скажу ему это, для его же пользы. Он и так уже был чересчур самоуверенным.

— Нет.

— Ладно. Я могу подождать, — сказал он, откинув голову на подголовник.

Во внедорожнике повисла тишина, и через несколько минут я знала, что он не собирается никуда ехать пока я не дам ему то, чего он хочет. Упрямый осёл.

Я скрестила руки и сердито посмотрела на него.

— Хорошо. Я считаю тебя сексуальным.

— И ты ревновала.

— Не зарывайся.

Крис широко улыбнулся и завёл машину.

— Это было так трудно?

— Да, — пробормотала я.

Он отъехал от тротуара.

— Тогда мы будем работать над этим.

ГЛАВА 18

БЕТ

— Что у тебя есть для нас, Дэвид? — спросил Крис.

Телефон лежал по центру небольшого стола в переговорной, где мы сидели с Николасом, Сарой, Шеймусом и Ниаллом.

Из динамика телефона послышался голос Дэвида:

— Мы с Келваном изучали демонические архивы с того дня, как вы послали нам фото с меткой Лилина. Архив просто нескончаемый, и это было похоже на поиск иголки в стоге сена, но мы думаем, что возможно, у нас есть зацепка.

Воздух в комнате управления, казалось, стал потрескивать от волнения, когда все склонились к столу.

— Вы нашли его? — спросил Николас.

— Не совсем. У нас есть имя, но никакого фото к нему. Проблема в том, что запись шестидесятилетней давности.

Я посмотрела на Николаса, который сидел прямо напротив меня.

— И почему это проблема?

— Демоны, которые живут долго, меняют свою личность каждое одно-два десятилетия, не желая вызвать подозрения, — объяснил он. — Лилин мог изменить своё имя уже несколько раз за последние шестьдесят лет.

— А есть способ узнать какие имена он использовал для смены своей личности? — спросила я, переводя взгляд с Николаса на Криса, сидевшего рядом со мной.

Ответил Крис:

— Вероятно, но он не оставит лёгких путей для его отслеживания. Лилины очень скрытные.

Он снова посмотрел на телефон.

— Насколько надёжна информация, Дэвид?

— Келван говорит, что она добыта из записей родословных инкубов. Считайте это биографическим справочником инкубов. Они любят вести свои фамильные деревья, а Лилины их короли. Каждый инкуб хочет быть родственником одного из них.

Я уже начала считать демонов нашими лучшими союзниками. У меня были сомнения, когда я услышала, что у Сары есть друзья-демоны, включая Келвана, который сейчас работал с нами. Но мы бы ни за что не получили доступ к демоническим архивам без помощи изнутри. До недавнего времени я даже и не знала, что у демонов есть архивы.

— И что в записях говорится о Лилине с этой меткой? — спросил Николас.

— Его имя было Чарльз Прескотт, и его последним известным местоположением был Лондон. Мы провели перекрёстные поиски в нескольких старых записях Скотланд-Ярда и обнаружили ряд незакрытых дел о пропаже людей примерно в то же самое время. И все пропавшие молодые девушки.

Крис задумчиво постукивал пальцами по глянцевому столу.

— Временные рамки совпадают с нашим Лилином. Они размножаются каждые тридцать лет, так что шестьдесят лет назад он как раз был бы в своём фертильном периоде.