— В чем его обвиняют? — посмурнел лицом Свиридов. Раз милиция, то дело плохо. Оставалась надежда, что этот обалдуй — Кирилл ничего серьезного не натворил.

— Они не сказали. Но сын был сильно избит, а его вместо больницы в райотдел увезли! — в конце у Николая сдали нервы, а сестра завыла еще громче и протяжнее. Свиридов, морщась, отодвинул трубку от уха.

— В какой отдел увезли хоть знаешь?! — гаркнул он на зятя.

— В Ленинский, — ответил Николай. — Я сейчас туда выезжаю! Ты приедешь? — взволнованно спросил он.

— Посмотрим! — в раздражении прокричал Свиридов и с силой грохнул трубкой о рычаг.

Как же все не вовремя! Буквально на днях со старшими товарищами была достигнута договоренность о его повышении. А тут такое! Эти родственники Ломакины слишком дорого ему обходятся. Из-за сестры приходилось не только тащить ее мужа по карьерной лестнице, но и решать проблемы этого семейства.

Раздраженный маячившими неприятностями, он набрал номер из своей телефонной книжки, но в ответ раздались лишь длинные гудки.

— Суббота же! — вспомнил он день недели и набрал другой номер.

— Алло! — прозвучал разгневанный женский голос.

— Наталья Авдеевна? — озадаченный грубостью абонента, спросил он. — Здраствуйте, это Свиридов, первый секретарь райкома. Извините, что звоню так поздно.

— Здраствуйте, Виктор Павлович, — перебили его на том конце провод, а от гневного тона не осталось и следа. — А Роман Александрович только что на работу уехал. ЧП у него, — в голосе собеседницы прорезались недовольные нотки, — то ли на прокурора, то ли на следователя напали. Как выходные, так у него обязательно что-нибудь случается! — в раздражении закончила жена Храмцова.

Попрощавшись, он осторожно положил трубку на рычаг. Пару минут просидел в кресле, смотря на отчитывающие время часы, постучал им в такт пальцами по столешнице. Собрался с мыслями и принял решение выяснить все лично, не откладывая до утра. Промедление может стать для него фатальным.

До отдела он доехал быстро и, припарковавшись прямо возле крыльца, устремился вверх по ступенькам.

— Я требую сообщить где мой сын! — услышал на входе он гневный голос родственника.

— Храмцов уже подъехал? — отодвинув своим упитанным плечом худого зятя от стекла, спросил он у дежурного.

— А вы кто? — дежурный подозрительно обвел его взглядом.

— Я первый секретарь райкома партии, — самодовольно представился Свиридов.

— Только что, — напрягся дежурный.

— Проводите нас к нему, — отдал приказ, привыкший к подчинению, Свиридов.

В кабинет начальника милиции, Свиридов зашел вальяжной походкой уверенного в своих силах человека. Храмцов был не один. Первый гость, судя по форме был из прокурорских, но чина невеликого, а лицо второго показалось ему смутно знакомым, вот только память отзываться не спешила, отчего он нахмурился. Неучтенные факторы Свиридов не любил.

— Виктор Павлович, — хозяин кабинета вышел из-за стола и сделал пару шагов навстречу важному гостю.

— Роман Александрович, мне сообщили, что ваши сотрудники моего племянника задержали, — Свиридов сразу перешел к делу. Время не для длинных вступлений — ночь на дворе. — Вот приехал узнать, в чем собственно дело.

— Присаживайтесь, — Храмцов указал им с Ломакиным на стол, что занимал половину кабинета, и за которым уже сидели два других гостя.

— Что значит присаживайтесь? — из-за спины раздался возмущенный голос зятя. — Мой сын сильно избит! Ему нужно в больницу! Немедленно его выпустите!

Свиридову пришлось подтащить родственника к стулу и надавить на плечо, чтобы тот сел за стол.

Хозяин кабинета тоже проигнорировал реплику Ломакина — старшего. Когда все расселись, он начал представлять прокурорских первому секретарю райкома.

— Знакомьтесь, это Митрошин Борис Аркадьевич, заместитель прокурора Индустриального района, — названная должность Свиридова не то чтобы не впечатлила, но точно не обеспокоила. — А это старший следователь прокуратуры Болотов Игнат Савельевич, — этот гость начальника милиции также удостоился сухого кивка от Свиридова.

— Может вы нам все-таки расскажите, что произошло? — поторопил первый секретарь Храмцова.

— Ваш племянник нанял трех уголовников и напал на возвращающихся из кино девушку с парнем. Девушка — это моя дочь, а парень — следователь из моего района, — включился в разговор Митрошин.

Говорил он, не повышая голоса, но его слова словно хлестали Свиридова по лицу. Такого тона в отношении себя первый секретарь райкома допустить не мог.

— Что значит нанял?! Что значит напали?! Вы соображаете в чем обвиняете моего племянника?! — изобразил он свой дежурный рык, который приводил слушателей в трепет.