— А ты потянешь хату-то? — с сомнением спросил меня водитель, а я внось задумался о шмотках Альберта.

— Потяну, — серьезным тоном произнес я, — меня, кстати, Альбертом зовут.

— Володя, — протянул он руку. — Студент значит?

— Ага, общага надоела. Одному не побыть, девушку не привести, сам понимаешь.

Володя охотно закивал, но маклера сдавать не спешил.

— А деньги откуда? — продолжил он меня прощупывать.

— Так от бати, — улыбнулся я и, добавив в голос немного злости и раздражения, пояснил свой немодный внешний вид. — Но строгий он, жуть. Волосы не отрастишь, клеш не оденешь — иначе денег не даст.

— Ааа, из военных, — сделал вывод водитель, а я не стал разубеждать.

Когда подъехали к универу, Володя все так же продолжал изображать из себя партизана. Так что остался у меня один вариант с портным. Надеюсь, хоть он прокатит.

Протянул водителю трешку, как договаривались, я в расстроенных чувствах выбрался из машины.

Чтоб хоть как-то улучшить настроение, решил подкрепиться и заскочил в столовую. А на входе в общежитие меня ждал сюрприз.

— Чапыра!

Повернув голову на крик, я увидел вахтершу, бабу Маню, как ее называли студенты. Она выглядывала из окна подсобки и призывно махала мне рукой с зажатой в ней телефонной трубкой.

— Альберт, иди бегом! Тебе сестра звонит!

— Чего? — опешил я от услышанного.

— Давай быстрее говорю!

Мне ничего не оставалось как подойти к окну и взять довольно массивную трубку, прикрепленную витым проводом к аппарату с диском для набора номера.

— Алло! Алло! Альберт? — прокричала трубка женским голосом.

Я прокашлялся, не зная что сказать и нервно дернулся. Аппарат от моего движения чуть не навернулся со стойки. Баба Маня буквально поймала его на лету, чем спасла от разрушения. После чего пригрозила мне пальцем и нахмурила брови.

— Извините, — пробормотал я.

Меня услышали, и трубка вновь разразилась.

— Альберт! Это ты?

— Да, я слушаю, — выдавил я из себя.

— Ну наконец-то! — обеспокоенным голосом воскликнула сестра Альберта. — Я уж думала что-то со связью. Как ты?

— Нормально, — произнес я, лихорадочно соображая что говорить и что вообще делать.

— Что значит нормально? — не удовлетворились на том конце провода. — Ты здоров? Как защита прошла? Ты уже получил распределение? — меня закидали вопросами.

— Да нормально все. Защитился хорошо, распределение получил, выхожу на работу, — отчитался я.

— Что-то ты мне не договариваешь, — усомнились в трубке.

— Да нормально у меня все, — повторил я, прибавив голосу уверенности.

— Домой когда приедешь? — спросила совершенно незнакомая мне женщина.

— Эээ, — протянул я, не ожидая такого поворота разговора.

От резкого движения, когда я трубкой поскреб висок, стимулируя работу мозга, провод вновь опасно натянулся, но баба Маня была на чеку и успела придержать аппарат.

— Через год, наверно, — неуверенно произнес я, — не знаю, когда мне отпуск на работе дадут.

— Какой год? — возмутился голос в трубке. — Альберт, чтоб в выходные был дома!

— Но я не могу, у меня работа, — уверенно заявил я.

— Что ты мне зубы заговариваешь? — моментом просекла женщина на той стороне провода. — На выходные чтоб домой приехал! Ничего даже слушать не хочу!

— Эээ

— Альберт! Лучше не зли меня, а то я сама к тебе приеду!

— Хорошо, уговорила, — выдохнул я.

— Жду! — пригрозила она и положила трубку.

Приплыли. Как-то много сюрпризов от Альберта.

Баба Маня услышав короткие гудки, отобрала у меня многострадальную трубку.

— Ты что телефон никогда не видел? — возмутилась она, — чуть не разбил, окаянный.

— Извините, — виновато улыбнулся я ей и побрел в комнату обдумывать ситуацию.

Вот только сосредоточиться на решении навалившихся на меня новых проблем я не смог. Нахлынули воспоминания об отце. Не знаю почему они не приходили раньше, но сейчас меня просто накрыло. Я без сил упал на кровать и уткнулся лицом в подушку.

А утром было все как обычно: Грег копался в тумбочке, я отправился на кухню за кипятком. Затем мы позавтракали, и я начал собираться на мероприятие.

Около десяти утра я вышел за ворота студгородка и направился к припаркованным жигулям, возле которых стоял молодой грузин в кепке. Он отреагировал на мое приближение приветливым оскалом. Открыв заднюю пассажирскую дверь, доставщик цветов вытащил из салона мой заказ — одиннадцать белых роз, благоухающих и радующих глаз своей свежестью.