Зарянский, ждавший меня в коллекторе, тут же подключился к работе, помогая тянуть провод. И вот, наконец, момент, ради которого мы прибыли в Англию. Залегли, я, крутанув несколько раз ручку подрывной машинки, нажал на кнопку. Время замедлилось и мне даже показалось, что я ошибся в чём-то, или провод где-то порвался. Но тут раздался гул, пол под нами задрожал, а в коллектор из слива храмовской канализации вырвался столб огня.

Слава богу, до нас он не докатился, но понервничать заставил изрядно. А после того как в месте взрыва начала осыпаться кладка коллектора, мы с Сергеем Владимировичем вскочили и, включив сразу четвёртую скорость, рванули на выход. Теперь оставалось догнать Бурова с Гореловым, не привлекая внимания добраться до баржи, где оказать Николаю Васильевичу более профессиональную медицинскую помощь. И думать, что делать дальше. Первоначальные планы из-за ранения одного из нас требовали новых изменений. Да и какой результат нашей диверсии предстояло только ещё узнать.

– Вам есть, что сказать мне по случившемуся, маркиз? – голос королевы Виктории не предвещал ничего хорошего.

– Ваше королевское величество, пока только то, что произошёл сильный взрыв, в результате которого здание Главного храма масонской ложи было разрушено. Возникший пожар потушили, сейчас идёт разбор завалов в поисках уцелевших, – премьер-министр Великобритании маркиз Солсбери вытер перевязанной ладонью выступивший пот, размазывая сажу и грязь по лицу. – Положительных результатов до того, как я уехал к вам на доклад, не было.

– А как Вы уцелели, маркиз! Вы же должны были быть на храмовом совете? – лицо королевы с каждым словом наливалось кровью.

– Ваше королевское величество, ещё до начала капитула я был вынужден покинуть храм, так как пришли серьёзные документы из Германии, с которыми мне было необходимо срочно ознакомиться. Это касалось нашего договора с Вильгельмом. Поэтому братья правильно приняли мой уход, тем более, позже я должен был вернуться.

– А как же рука? – королева указала на перевязанную ладонь.

– Повредил, когда после пожара попытался пройти по завалам.

– Кто это мог сделать?

Ответить Солсбери не успел, так как в этом момент в кабинет вошел офицер гвардии из охраны дворца.

– Ваше королевское величество, прошу меня простить за такое известие, но только что во дворец прибыл гонец от разрушенного храма, – офицер сделал паузу и решительно произнёс. – Найдена часть тела принца Уэльского.

– Как часть тела?! – в горле королевы что-то забулькало, лицо на глазах стало синеть, а потом она какой-то бесформенной массой рухнула на пол.

– Врача!!! – в один голос закричали офицер и премьер-министр.

– Мистер Эванс, рекомендую вам принять, как обезболивающее кружку виски, а потом вот этот ремешок зажать зубами, чтобы эмаль на них не испортить, – с этими словами я передал посуду и ремень Горелову.

Из канализации выбрались удачно. Бурова с Гореловым догнали уже у самого кессона. Дальше на лодках дошли до баржи и первым делом занялись раной Николая Васильевича.

Порез был не глубокий, но длинный. Видимо, нападавший бил в район правой почки, но прорезиненный материал куртки, комбинезона и плотное, теплое, нательное бельё не дали клинку проникнуть глубоко. Так что оставалось по-новому обработать рану, наложить четыре-пять швов, перебинтовать, а дальше ежедневный уход, и восполнение потери крови. Все средства в нашей походной аптечке были, включая десять доз пенициллина производства семейства Бутягиных.

Вот только в ближайшие дни Горелов нам не помощник, особенно если воспаление раны начнётся. И надо менять планы, так как из обоймы выпал не только Горелов, но и его средство передвижения. Кэб был оформлен на мистера Чарли Эванса тире Горелова.

По окончании оказания медицинской помощи раненому, решили горячку не пороть и отложить изменение планов до утра. Так как Горелов был не транспортабелен после кружки обезболивающего, плюс кружки для дезинфекции организма, пришлось оставить его с Буровым на барже, а самому идти с Зарянским в снимаемые им комнаты. Пока добирались до Чаринг-Кросс-роуд, какой-то повышенной оживлённости на ночных улицах не заметили. На реке, когда уходили с баржи, тоже всё было спокойной.

Утро началось ознакомлением с газетами. Вышли на улицу, купили у разносчиков газет чуть ли не десяток различных изданий и вернулись в комнату. Однако быстро справились газетчики, не прошло и восьми часов, как мы подорвали храм, а в газетных статьях какой только информации уже не было.

Обобщив всю инфу, пришли с Сергеем Владимировичем к выводу, что наш теракт удался. По разным оценкам газетчиков погибло от ста пятидесяти до двухсот пятидесяти человек. К утру нашли верхнюю часть тела принца Уэльского, также опознали фельдмаршала Фредрика Слея Робертса, барона Кандагарского. Именно под его командованием английские войска недавно разбили основные силы буров, и фельдмаршал только как пару недель назад вернулся в Лондон с победным докладом для королевы.

Палата лордов и палата общин парламента Британии, как и королевский Тайный Совет, судя по опубликованной информации, потеряли многих представителей. Газеты смаковали через репортажи своих корреспондентов всю эту связь правительства Великобритании с масонами. Все СМИ обещали освещать дальнейшие новости и подробности трагедии в обеденных и вечерних выпусках, так как раскопки образовавшихся завалов от разрушения замка только ещё начались, и кто там находится в своём большинстве ещё неизвестно.