Я успел отскочить, подставив меч, и теперь стоял, потряхивая пальцами. Отдача дикая.

– Так ты себе руки убьешь, с твоей комплекцией. Надо клинок по лезвию спускать, чтобы сила удара уходила мимо. Бей!

Кинув себя вперед, я коротко рубанул сверху, но меч соскользнул по подставленной клаве.

– Рассказывай. Я долго ждать не буду.

«Про Джихаила не говори».

– Снор и Ридар разделились, мастер зверь.

– Вот зверье пустое, – выругался Торбун.

– Я… кхм… случайно нашел нож в пещере, и с его помощью убил двух многоножек.

– Ты? Убил? – и Торбун резко сократил дистанцию.

Я ушел вбок, но его клинок все равно щелкнул по моему плечу. Руку отсушило, я едва не выронил клаву.

– Аа! – я отскочил и закрутил немеющим плечом, – Да. В глаза бил ножом. Они не ядовитые, и сами лезут, морды подставляют.

– Ну, допустим, верно.

– Потом я нашел тело Ридара и взял его меч, мастер зверь…

Так я, танцуя с Торбуном по площадке, дошел наконец до момента со Снором. Мои плечи и бедра уже покрывали несколько слоев синяков, и я чудом держал меч. Но десятник явно не наносил калечащих ударов.

Когда он снова наметил колющий удар мне в живот, то я ловко ушел, чисто парировав атаку. Торбун поднял бровь и чуть улыбнулся, одним уголком рта, в глазах мелькнуло одобрение.

Как у них тут все просто. Умеешь драться – получи уважение.

С неба прилетел светлячок духа и влетел мне в грудь, и вот тут десятник ахнул, открыв рот.

– Зверье пустое! – он приложил два пальца ко лбу, – Ты же ноль…

Я и сам с недоверием посмотрел наверх.

«Как я и говорила, поднимаясь в личном пути, ты можешь поднять свой уровень».

А вот это реально хорошая новость. Я улыбнулся и тоже приложил два пальца ко лбу в благодарность Небу. То есть, просто прыгая на арене, я могу себя прокачать до второй меры?

«Не обольщайся. Это не будет происходить так часто, и прогресс со временем остановится. Нужно повышать сложность тренировок».

– Так что там со Снором? – спросил Торбун.

Я деликатно поведал историю о том, как мы вместе сражались с чудовищем, и храбрый Снор пожертвовал собой, чтобы…

– Ау! – мне прилетел щелчок по лбу, я даже не заметил движения.

– Не лги мне, Ноль! – десятник постукивал клавой по ладони, – Скорее, я поверю, что звереныш хотел тебя убить, но его насадила тварь.

Я, потирая лоб, хмуро кивнул.

– Да, мастер зверь. Тварь проткнула его жалом, а я вогнал меч чудовищу в голову. По самую рукоять.

Торбун поморщился:

– Отцу Снора это совсем не понравится.

– Но парень не дал мне свалиться. А потом умер.

– Это уже неважно…

Он прошел к стойке и поставил меч на место. Потом бросил через плечо.

– Ты прошел Пещеру Правды, и я уже не могу просто так тебя убить. Старый сказал, что я должен тебя научить. Зачем, не знаю, но пусть будет так. Но чтобы днем я тебя на площадке не видел.

– Ясно, мастер зверь.

Торбун ничего не ответил и ушел в деревню.

«Немыслимо. Я сама впервые вижу, чтобы Небо отмерило нулю новую ступень».

– Какие ступени в нулевой мере? Сама же говорила…

«Ну да, их нету. Но это все равно прогресс. Просто, в теории, выскочить из нулей можно, только убив очень высокую меру. И то, кто знает, хватит ли духа?»

Я сразу вспомнил какие-то детские мультфильмы на тему компьютерных игр. Что там было про это?

– Погоди. А если я побегу в лес за обычными кабанами первой ступени, и буду их убивать до тех пор, пока не вырастет мой уровень.

«Это что за мир у вас такой, где на кабанах можно меру поднять?»

Я усмехнулся. Нормальный мир.

«Убивая кабанов, ты научишься убивать только кабанов».

Махнув клавой направо и налево, я сделал выпад вперед. Потом стал танцевать, просто размахивая мечом в разные стороны. Особо много ударов я не знал.

– Ну, а теперь моя очередь, – послышался еще голос.

Я обернулся. К площадке подошел Старый. Он скинул тунику и сразу вышел на арену без оружия. Я покосился на меч в моих руках, и знахарь сказал:

– Оставь. На нашем уроке это не важно.

Поморщившись, я прыгнул, наметив мечом удар по ребрам. Старый мгновенно оказался рядом, перехватил мое запястье и впечатал локоть мне в грудь. Он в последний момент ослабил удар, но мне оказалось достаточно, чтобы оборвало дыхание.

Я закашлялся.