К рассвету зенитчики изготовились к бою. Пока командир батареи "осваивал" позицию и проверял готовность техники к открытию огня, военком собрал на несколько минут бойцов.

–  Нам выпала высокая честь прикрыть героические действия наших товарищей, сражающихся на плацдарме, - сказал он зенитчикам. - Фашисты боятся, что наши войска прорвут кольцо блокады, поэтому они бросили сюда много авиации. Предстоят трудные бои. Поклянемся, что мы с честью выполним свой долг!

–  Клянемся! - дружно раздалось в ответ.

С восходом солнца десятки фашистских "юнкерсов" и "мессершмиттов" роем закружились над "пятачком", захваченном советскими войсками.

Зенитные орудия открыли огонь. Вскоре загорелся один, потом второй бомбардировщик. Для гитлеровцев такая "встреча" оказалась неожиданной. Они подняли аэростат наблюдения. "Достать" его наши зенитчики не могли. Фашисты засекли позицию батареи. Вскоре вражеская артиллерия открыла огонь по ней.

Разрывы слились в сплошной грохот, все заволокло дымом. Один снаряд разорвался рядом с командным пунктом. Погибли командир батареи И.И. Бавыкин, телефонистка Рая Семенова, тяжело ранило командира взвода управления В.Е. Карасева, разведчика В. Танетова, связиста Вадима Берлина.

Военком Иванкин находился в тот момент, как всегда, рядом с бойцами, возле орудийного расчета.

Сразу же после артиллерийского обстрела батарею атаковали бомбардировщики.

Фашисты рассчитывали, что батарея подавлена, а она снова встретила их огнем. Присутствие военкома на позиции сыграло решающую роль: никто не дрогнул, все самоотверженно выполняли свои обязанности.

Первым открыл стрельбу командир орудия старший сержант Валерий Лапшин, почти сразу же заработали орудийные расчеты Василия Новикова и Алексея Уланова. И вот уже запылал один "юнкерс", за ним рухнул на землю второй.

Фашистские самолеты улетели. Политрук Иванкин обошел расчеты, поговорил с бойцами, подбодрил их.

Не успели зенитчики перевести дух, убрать покореженное обстрелом и бомбежкой, как снова появились вражеские самолеты ...

Целый день, без передышки зенитчики вели тяжелый бой. Только с наступлением темноты они смогли осмотреться, привести все в порядок.

На следующий день прибыл новый командир батареи - старший лейтенант П.Я. Кочетков.

Петра Яковлевича знали в полку многие. Службу в армии он начал еще до войны рядовым. Окончил полковую школу, получил назначение командиром орудия. В то время в войсках, как и по всей стране, развертывалось стахановское движение. Одним из зачинателей его среди зенитчиков стал комсомолец Кочетков. Его орудийный расчет на стрельбах занял первое место, причем показал такие результаты, что удивлялись даже опытные специалисты. Молодой командир орудия удостоился тогда высокой награды - ордена Красной Звезды.

Назначение в батарею такого командира воодушевило бойцов. Вместе с военкомом он пришел к выводу: с наступлением темноты надо сменить огневую позицию - фашисты ее пристреляли.

Вечером собрали командиров орудий, активистов, разъяснили задачу, потом поговорили со всеми бойцами.

Вокруг болото. Ни машины, ни даже трактор не смогли тащить орудия. Пришлось делать настил и катить орудия на руках.

Полтора километра показались бесконечными. Сразу же стали рыть котлованы, а где проступала вода - выкладывали стенки из дерна.

К утру орудия уже стояли на позиции. Артиллерийский мастер старший сержант Филипп Рыбалкин проверил их, а полковой техник Игорь Черненко, получивший ранение, помог согласовать ПУАЗО с орудиями. Командир батареи обошел все свое "хозяйство".

_ Теперь можно снова воевать, - довольным тоном сказал он комиссару.

С восходом солнца донеслось нудное гудение фашистского самолета-разведчика. Он летел на большой высоте. Зенитчики открыли огонь, но пилот оказался опытным, сумел ускользнуть, а вокруг батареи сразу же загрохотали разрывы вражеских снарядов. Кочетков остановил стрельбу, но зенитчики не выпускали фашиста из поля зрения. И он все же попался: очевидно, решив, что батарея разбита, снизился проверить результат артиллерийского огня. Зенитчики этого и ждали - первым же залпом сбили его.

Снова обстрел, а за ним - бомбежка. Один тяжелый снаряд угодил в землянку, но три наката бревен, скрученных проволокой, выдержали и никто не пострадал.

Батарея за месяц сбила 16 вражеских самолетов. Успех большой. 22 зенитчика удостоились государственных наград. П.Я. Кочетков получил орден Отечественной войны 1-й степени.

Неподалеку занимала огневую позицию 13-я батарея того же дивизиона и полка (командир старший лейтенант Якуб Сахабович Платов, военком - младший политрук Георгий Корнеевич Серпиков). Ее позиция находилась у деревни Плинтовка, от которой остались лишь пепелища да закопченные пожаром печи. До фашистских траншей - всего полтора километра.

Эту близость зенитчики почувствовали в первый же день. Всю ночь они копали котлованы, строили землянки, к утру усталость валила их с ног. Но только рассеялся туман, как разведчик-наблюдатель ударил в гильзу - подал сигнал воздушной тревоги. Курсом на батарею шло звено вражеских бомбардировщиков.

–  По звену "юнкерсов", темп пять! - скомандовал Платов.

На позиции все закипело. Прибористы "вцепились" в летевших на высоте 2500 метров бомбардировщиков, четко работал Дальномерный расчет Викентия Францевича Крепского.