Притяжение половинок однонаправленно и постоянно. Встретив друг друга, избранники замыкают поток энергии. Женщина отвечает перед Вселенной за качество потомства, мужчина — за безопасность избранницы и их потомков. Они уже не смогут расстаться.

Каждый сартх должен искать и найти свою избранницу, что утолит его голод и пробудит тело к жизни. А встретив ее, посвятить все время заботе о ней и общем потомстве, усилив скрытые возможности друг друга, и обретя счастье».

Дочитав до конца, растерянно замерла. Так созвучны были наставления древнего моим детским воспоминаниям, и так противоестественны существующим у метхов порядкам. Откуда они, я так и не поняла. Но теперь наверняка знала: их Боги жили иначе. Или им намеренно привили «неправильную» модель отношений: что позволено Богам — не позволено рабам?

— Ты очень вдумчиво читала, — вздрогнула, словно метх мог услышать мои мысли. Он, как обычно, был очень наблюдателен. — О чем этот рохб?

— Он… ээ… — я сглотнула, не представляя, чего можно ожидать от Кирена, озвучь я написанное. Но требовательно приподнятая бровь и угрожающе пристальный взгляд четырехрукого не оставили мне выбора. — Об отношениях мужчин и женщин.

И невольно сжалась, ожидая гневной отповеди.

— Что?! — зашипел метх, подавшись вперед.

Тут же, стремительно коснувшись моей ладони, забрал носитель. Развернув перед собой, принялся сосредоточенно вчитываться. Временами я замечала, как двигаются его губы, беззвучно проговаривая что-то — метх, конечно, не верил собственным глазам.

В тот раз все случилось не как обычно. Долгое время прошло в тишине, пока сам Кирен разбирался с содержанием. Я сидела, не шевелясь, опасаясь, что ярость меднокожего падет на меня. Но выдержка воину не изменила. Я четко уловила миг, когда он прочитал все — взгляд мужчины уперся в пол, оставаясь в таком положении довольно долго. Он размышлял?.. Я насчитала четырнадцать ударов сердца, когда…

Кирен резко дернул рукой, свернув информационное поле. Одним плавным движением поднявшись, развернулся и вышел, оставив меня одну. В тот раз он не вернулся даже за выполнением мною своей части сделки. Впрочем, урока как такового не получилось… Больше того, мы оба осознали, что отныне он и без меня способен постигать новое.

В тот раз я провела много времени, обдумывая невероятный наказ юным сартхам. И не сразу заметила, что приступа мучительной боли не случилось.

«С того самого случая он и начал мухлевать!» — Что-то внутри меня уверенно подсказывало эту мысль.

Спустя время он вернулся, принеся мне очередной рохб. Всякую попытку вернуться к содержанию предыдущего, пресекал самым категоричным способом — угрожающим замахом клинков. И в этот раз он не ушел без «оплаты». Разве что был более резок и скован, чем обычно. И еще…

С тех самых пор он никогда не приносил рохбы, где бы как-то затрагивался вопрос отношений мужчины и женщины.

«Если подумать, все рохбы, что я видела, были малосодержательны. О ерунде, вроде каких-то бытовых мелочей или природных событиях прошлого!»

Ни разу мне не попалось и упоминания каких-то технических процессов. Может ли быть, что знания, способные помочь моему побегу, как и знания об общественном укладе сартхов, он намеренно укрывал от меня? После того случая предварительно сам читал каждый рохб?

«Тогда зачем ему я? — вопрос напрашивался. — И как много из знаний сартхов теперь доступны Кирену?»

Но все эти вопросы никак не приближали меня к цели: знаний об управлении звездолетом у меня не появилось. Эти полгода были потрачены зря — метх перехитрил меня, получив гораздо больше.

Уставившись на потолок, знакомый мне до мельчайшей отметины, пыталась понять, как же действовать дальше. Пусть каждый рохб и дарил мне кратковременную иллюзию перемен, привнося яркие мгновения в мое серое и монотонное существование, но существенной пользы мне от этого не было. Скорее наоборот. Я чувствовала, что приступы необъяснимой боли становятся более частыми и длительными. И они, несомненно, связаны с приходом Кирена. Понять бы почему?

В такие моменты я упрямо пыталась вспомнить хоть что-то о далеком детстве, надеясь найти подсказки к множеству вопросов. Мысленно звала брата, пытаясь тянуться к нему, почувствовать… Но и эти старания приносили боль и разочарование.

«Неужели я так и проведу жизнь в чреве метхского корабля?»

Звуковой сигнал заставил вздрогнуть, вырывая из мира дум — пришел метх. Привычно окинув свою каюту внимательным взглядом, остановил его на мне. Вид его при этом был безэмоциональным — ни единой эмоции не читалось во взгляде или чертах лица. Мне порой казалось, что время, когда он отсутствовал, проводил в занятиях по медитации, достигая состояния полной отрешенности и спокойствия.

— Готова?

Сухой привычный односложный вопрос. Мой кивок в ответ. Сегодня, пожалуй, немного неуверенный — но метху это точно не интересно. Несколько стремительных шагов и Кирен опускается на подстилку, устроившись напротив. Едва уловимое касание моей руки, и я ощущаю легчайшее присутствие нового рохба. Опять на краткий миг для меня приоткроется щелочка, дающая возможность «подсмотреть» за жизнью вне стен моей тюрьмы. Именно так — как глоток желанной свободы, я воспринимала очередной носитель информации, сосредотачиваясь только на содержании рохба. Пока я читала и осмысливала новое знание, словно с головой ныряла в иллюзорный мир прошлого, покидая проклятую каюту. Забывая о собственной судьбе, кошмарном плене и хозяине, сидящем рядом.