— Нашла туалет, Тай? — погладив мое бедро, Антон отодвигается, чтобы позволить мне сесть.

— Да, Аня показала.

Я захожусь смехом оттого, что он прижимает меня к себе и начинает быстро и часто целовать. 

— Соскучиться успел? — жмурюсь и шутливо упираюсь кулаками Антону в грудь, когда его язык влажно проходится по моей шее.

— Очень, очень соскучился, красавица моя. Караоке пойдем петь? Потом танцевать тебя приглашу. Мы ведь с тобой медленный танец ни разу не танцевали? Или пойдем Макара поздравим? Знаешь, как мы с ним познакомился? На автомойке. Ему колеса на бэхе понравились, и он подошел спросить, где я заказал.

В этот момент Антона окликает Стас и спрашивает о планах на выходные. Воспользовавшись тем, что объятия ослабли, я приглаживаю волосы и лезу в сумку за зеркалом, чтобы оценить не нанесен ли ущерб макияжу. И тогда это случается. Взгляд цепляется за белоснежное пятно рубашки, пронзительно контрастирующим с темной густой щетиной. Я вижу его. Булат стоит через несколько столов от нас и пожимает руку поднявшемуся мужчине. Слегка улыбается. 

Музыка, шум голосов глохнут словно меня опустили под воду, сердечный ритм на долю секунды смолкает и, словно получив стоваттный разряд тока, начинает бешено молотить. Почему он здесь? Что за мучительные совпадения? Словно жизнь вдруг решила, что полтора года достаточный срок, чтобы провести финальный экзамен на выживание.

Булат расстегивает пуговицу на пиджаке — верный признак того, что собирается сесть, а в следующую секунду наши глаза встречаются. Мне бы сразу отвести взгляд, дабы не усиливать фантомную боль на месте разорванных нитей, но этот рефлекс мне отказывает. Он слегка кивает мне, кажется, даже шевелит губами. Я не делаю ничего из этого — просто не могу. Я расслабилась и совсем не была готова.

— Котенок, я отойду позвонить. Шумно пиздец, — приглушенно долетают до меня слова Антона. Я машинально киваю и пропускаю его. 

— Да, иди.

— Тай! Ты еще в том отеле работаешь? — подавшись грудью к столу, выкрикивает Аня. 

Я наощупь беру бокал с вином, позорно заливаю в себя оставшиеся на дне капли. 

— Да, работаю, — отвечаю на автомате. — То есть нет. В другом. 

Кажется, мой отстраненный тон Аню обидел, потому что вместо ответа она разблокирует телефон. Она мне симпатична, и я совсем не хотела ее обижать, но не объяснишь же ей… Никому не объяснишь.

Я обшариваю глазами стол, выбираю зеленоватый коктейлем, который выглядит нетронутым. Пусть я не люблю алкоголь, но сейчас это самое быстрое средство, чтобы привести себя в чувство.

— Извини, Ань, я задумалась. Больше месяца уже работаю на новом месте. Отель «Жемчужные холмы», слышала про такой?

Аня откладывает телефон, поднимает бокал с вином и чокается со мной. 

— Да, слышала. На Тверской вроде где-то? И как тебе там?

Я отпиваю горько-сладкую жидкость. Стол по диагонали от нас тянет мои глаза магнитом, поэтому я сразу глотаю еще.

— Нравится. Добираться дольше, но в целом это другой уровень, включая зарплату.

Аня кивает в знак понимания, а мне неожиданно становится хорошо. Тело наполняется легкостью, даже рука, держащая бокал, ощущается невесомой. Скованность в груди уходит, растущая тяжесть тоже. Вместо них по горлу внутрь будто струится теплый свет. 

— А ты, Ань? Как у тебя с Егором? Он классный парень, и видно, что тебя любит. Вы такие счастливые. Любить это счастье, а когда взаимно, то вообще. Я вам желаю, чтобы вы были очень-очень счастливы.

Все мои слова искренны до последней буквы. Оля очень нежная и красивая, у нее безупречная улыбка и гладкие блестящие волосы, совсем как у Карины. Конечно, она должна быть счастлива. И непременно с Егором. Они оба просто потрясающие.

Когда Антон, наконец, возвращается и опускается рядом я незамедлительно его обнимаю. Он тоже очень красивый и вкусно пахнет. А еще нежный и очень добрый. Почему я думала, что алкоголь это плохо? Сейчас мне необыкновенно хорошо.

Антон смеется, гладит пальцем мою щеку. У него ровные белые зубы, словно у голливудского актера, и волосы так красиво падают на лоб.

— Хочется танцевать. Музыка классная, да? Я хочу себе весь этот плейлист. 

Антон помогает мне подняться, обнимает за талию, и мы вместе двигаемся под эту идеальную песню. Я еще никогда так не чувствовала ритм. Каждый звук, просачивающийся в меня, каждый разворот бедра и взмах руки идеально между собой гармонируют.

— Обалденно двигаешься, котенок, — говорит Антон мне на ухо и прижимается поцелуем к моим губам. Я смеюсь. Девушки за соседним столом тоже танцуют. И через стол тоже. Он где-то рядом, а мне все равно легко и хорошо.

— Чувствуешь себя нормально? — пальцы Антона задевают мою щеку, заставляя расплыться в улыбке от приятного покалывания на коже. 

Я утвердительно смыкаю веки, чтобы он понял: чувствую я себя прекрасно. На этом вечере мне нравится абсолютно все: музыка, уютный полумрак, рассекаемый лучами прожекторов, его объятия и наша компания. Даже Кирилл мне начал нравиться — вон как забавно качает головой в такт музыке. Он, конечно, тоже хороший, а иначе стал бы Антон с ним дружить?