Наконец раздался короткий звонок селектора. Секретарша мельком взглянула на меня и чуть повысила голос, чтобы за позвякиванием спиц можно было разобрать слова, объявив:

– Полковник вас сейчас примет.

– Благодарствую, - ответил я.

Она проигнорировала меня. Тогда я встал и прошел к двери, ведущей во внутренний кабинет.

Консул оказался розовощеким и совершенно лысым толстячком невысокого роста. Я подумал о том, что глаза у него должны были бы быть красными, как у альбиноса, и ошибся; глаза его были водянисто-голубого цвета и казались огромными за толстыми линзами очков. Он холодно посмотрел на меня.

– Чем могу служить?

– Я Петерсен, - представился я.

– Да, друг мой. Меня уже предупредили.
– Его пухлые пальцы зашуршали разложенными на столе бумагами.
– Так значит, это вы и есть тот самый дезертир. С трансгалактического лайнера "Молния".

– Я не дезертир, сэр. Я опоздал к старту.

– Вы опоздали к старту своего корабля. Именно. Значит, вы дезертир.

– С юридической точки зрения, - напомнил я ему, - дезертиром австронавт может быть объявлен лишь в том случае, если он покинул борт корабля, забрав с собой все принадлежащие ему личные вещи.

– А вы, прямо-таки настоящий адвокат по космическим вопросам, как я погляжу. Предупреждаю вас, друг мой, что я терпеть не могу всех этих юридических уверток. Они меня раздражают.

– Я не дезертир, - упрямо повторил я.
– И считаю необходимым изначально четко обозначить свой правовой статус.

Он презрительно фыркнул в ответ.

– У вас нет никакого статуса, друг мой. Вы полнейшее ничтожество. И мне надлежит следить за тем, чтобы вы были сыты и обеспечить вам крышу над головой на то время, пока не подвернется возможность пристроить вас на какой-нибудь попутный корабль.
– Он немного успокоился.
– Да, кстати, о корабле. Через три недели сюда прибывает "Дельта Эридани", следующая к Земле через Карибию, планету Ван Даймена и Атланту...
– Он выхватил из беспорядочного вороха бумаг несколько листков и самодовольно улыбнулся.
– А вы что, и в самом деле желаете вернуться на Землю?

– Кажется, иного выбора у меня нет.

– Вообще-то, есть тут одна возможность. Например, на планетах Окраинных Миров ощущается острая нехватка квалифицированных астронавтов. Там готовы с радостью принять на работу даже офицеров с подмоченной репутацией. Через месяц сюда прибывает "Эпсилон Пуппис", следующий по маршруту Ультимо, Туле, Дальняя и Лорн...

– "Божественная Бухара, - процитировал я, - благословенный Самарканд и грады дальних земель на Востоке".

– Что?
– поперхнувшись от неожиданности переспросил он.
– Что это значит?

– Поэма "Хасан", - пояснил я.
– Автор Флекер, Джеймс Элрой.

– Я вас не понимаю, - сердито буркнул он.

– Ничего страшного. Тем более, что на данный момент есть вопросы и поважнее. Где, например, я буду ночевать? И когда будут кормить?

– Вот уж не думал, - раздраженно проговорил он, - что вы до такой степени нуждаетесь.

– Представьте себе, нуждаюсь, - подтвердил я, и это вовсе не было преувеличением.
– Перед вами самый что ни на есть настоящий астронавт-лишенец.
– Я не видел ничего зазорного для себя в том, что Земная Империя немного раскошелится на мое содержание и не считал это милостыней. До сих пор, являясь гражданином Земной Империи, я исправно платил все налоги, что обошлось мне в довольно кругленькую сумму.

Он снова зашуршал бамагами, и в конце концов нашел то, что искал, выхватив нужный листок из-под вороха документов.

– За вами зарезервировано место в общежитии для астронавтов, что находится на территории Порта Таубер. Насколько я понимаю, там же находятся и ваши вещи.

– А как я туда попаду?
– спросил я.
– Ведь пешком-то идти далековато будет.

Страдальчески взглянув на меня, консул извлек из-под груды писчего хлама квитанционную книжку и торопливо нацарапал что-то на чистом листке, после чего швырнул мне двадцатипятицентовую монетку, поясняя:

– Это вам на метро до космопорта. Распишитесь вот здесь.

Он снова недовольно поморщился, когда мне пришлось одолжить у него ручку, чтобы поставить свою подпись в графе расписки. Я очень надеялся на то, что моя собственная ручка окажется среди моих пожитков, дожидавшихся меня в Порту Таубер. Я подписал бумаги.

После этого он сказал:

– Кстати, друг мой, насчет Окраинных Миров. Настоятельно советую вам подумать над этим предложением.

Меня осенила внезапная догадка.

– Так вы что, и их консул тоже?
– поинтересовался я.

– Всего лишь агент, - скромно признался он.

– Ясно.
– Затем меня посетила еще одна мысль.
– А как же быть с моими расходами?

– С какими расходами? Проживать и питаться будете в общежитии. Там же есть и прачечная самообслуживания.

– А как насчет выпивки и сигарет?

– Слушайте, друг мой, а вам не кажется, что вы утратили всякое право на подобные излишества?

– Возможно, но...

Снова порывшись среди бумаг, консул торжествующе взмахнул перед моим носом еще одним листком, напоминающим некий официальный документ, при этом вид у него был такой, словно он держал в руке козырного туза.