– А почему КС ничего не сделали по этому поводу? – спросила Робин.

– Внутренние дела, – сказал Лопез. – КС вмешивается только в тех случаях, когда одна раса атакуют другую. От гражданских войн оно держится подальше.

– Значит, КС позволило всем этим людям умереть.

– В общем да, – сказала Лопез. Она принялся собирать вилкой остатки салата.

– Но это сработало, – сказал Грейд. – Повстанцы Чагфана сдались, чтобы спасти своих жен и детей от голодной смерти. Ниду вернули контроли над планетой и, насколько мне известно, казнили всех бойцов сопротивления поголовно. В общем, из-за их некомпетентности и жестокости погибло несколько десятков тысяч землян, несколько десятков тысяч повстанцев, а также несколько сотен тысяч их собственных граждан. И теперь вы понимаете, почему я говорю: проклятые Ниду.

На сей раз Эвелин ничего не сказала мужу. Появились официанты, чтобы убрать опустевшие тарелки.

– Но хватит о грустном, – сказал Грейд. Он сунул руку в карман и достал маленькую камеру. – Я хотел кое о чем попросить. На меня, как на полномочного представителя полка в этом путешествии, возложена обязанность доставать всех вокруг и снимать для полковой газеты все подряд. Я надеюсь, вы не будете возражать, если я попрошу вас сдвинуться поближе. Эвелин, милая, будь так добра. Он передал камеру жене, и та отошла от стола, чтобы сделать снимок. Все остальные собрались вокруг Грейда; Крик и Робин, напротив, отошли в сторонку, вовсе не испытывая желания угодить в объектив.

– Хироки, Дебби, – сказал Грейд. – Присоединяйтесь.

– Я не в форме, – сказал Крик.

– Черт, мужик, да я просто тебя подкалывал, – сказал Грейд. – Все в порядке.

– Я все-таки пропущу, – сказал Крик.

Грейд пожал плечами и посмотрел на Эвелин.

– Жми на кнопку, милая, – сказал он.

Эвелин Грейд подумала, что Хироки и его юная невеста просто стесняются – что за глупости. С помощью маленькой кнопки на задней панели она сменила режим кадрирования с нормального на панорамный, захватив упрямую парочку. Она сделала снимок и вернула камеру мужу.

– Спасибо, дорогая, – сказал тот.

– Вы сказали – «полк», – произнес Гровер, когда официанты принялись расставлять тарелки с главным блюдом. – Вы служили в кавалерии?

– Берите выше, – сказал Грейд. – Рейнджеры. Семьдесят пятый полк, второй батальон. Форт-Беннинг, Джорджия. Семьдесят пятый существует с начала двадцатого века, то есть черт-те сколько. Я тут не один из семьдесят пятого – насколько мне известно, есть еще пара парней из первого и третьего батальонов. Но они доверили мне делать снимки. А вы из кавалерии?

– Третья бронетанковая, батальон «Тигры», взвод «Бешеная лошадь». Из Теннесси.

– Замечательный штат, – подтвердил Грейд. – А вы, Лопез?

– Сорок шестой пехотный, сто сорок шестой ударный батальон, – сказала Лопез. – «Волчья стая». Мичиган.

– Третий батальон, седьмая десантная, – сказал Лефф. – Калифорния. «Лезвие бритвы».

– А вы, Хироки?

Крик оторвал взгляд от тарелки.

– Двенадцатый пехотный. Шестой батальон.

За столом воцарилась мертвая тишина.

– Иисусе Христе, мужик, – произнес наконец Грейд.

– Ага, – сказал Крик.

Он отрезал кусочек мяса и положил в рот.

– Сколько ваших смогло выбраться? – спросила Лопез.

Крик прожевал и проглотил.

– Из шестого батальона? Лопез кивнула.

– Двадцать шесть человек.

– Из целого батальона, – сказал Лефф. – Из целой тысячи.

– Да, верно.

– Боже, – сказал Лефф.

– Ага, – сказал Крик.

– Я слышал, что один из ваших ребят получил Медаль Почета, – сказал Грейд. – Удерживал повстанцев два дня и спас свой взвод.

– Он удержал повстанцев, – сказал Крик. – Но медали он не получил.

– И почему, черт возьми, нет? – спросил Грейд.

– Он не смог спасти весь взвод, – сказал Крик.

– Он, должно быть, был в ярости, когда не получил медаль, – сказл Гровер.

– Он больше переживал из-за тех, кого потерял, – сказал Крик.

– Вы знали этого парня? – спросила Лопез. – Кто это был?

– Гарри Крик, – сказал Крик. – Я знал его.

– Где он сейчас? – спросила Лопез.

– Он стал пастухом, – сказал Крик.

Грейд расхохотался.

– Вы шутите, – сказал он.

– Я совершенно серьезен, – сказал Крик.

– И как у него получается? – спросил Грейд.

– Я не знаю, – сказал Крик и посмотрел на Робин. – Об этом надо спрашивать у стада.

* * * * *

После обеда Крик исчез; через пару часов Робин пошла его искать и нашла на прогулочной палубе, где он стоял, уставившись в пустоту пространства.

– Эй! – сказала она.

Крик взглянул на нее и вернулся к разглядыванию звезд.