Она нашлась в кресле, сложенная идеальной стопочкой. Рядом с креслом стоял стол, буквально заставленный различными блюдами. Я сглотнула, а желудок мой сделал кульбит, но взор вновь вернулся к веркомандиру. Не хотелось бы, чтобы видел мою реакцию. Ужина-то не было.

— А можно мне…

— Приятного аппетита, — прервал он мою просьбу.

— …Одеться, товарищ веркомандир.

— Я тебе никак не препятствую.

Не смотрел, находился в отдалении и даже будто застыл недвижимо. До кресла я добралась почти в один прыжок, но не на секунду не выпускала мужчину из поля зрения.

Оделась меньше чем за минуту, избегая смотреть в тарелки. Мне и запахов хватало, чтобы известись слюной.

— Я готова заступить на пост, товарищ веркомандир, — отрапортовала я, чем все-таки вынудила его обернуться.

Взгляд серебристых глаз обжег. Словно просканировал, подмечая мельчайшие детали, но я не дрогнула. Даже глаз не отвела. Правда, смотрела куда-то в район шеи от греха подальше.

— Тебе даже не любопытно, что с тобой было? — Смоляная бровь выгнулась в намеке н: удивление.

— Любопытство сгубило немало кошек…

— А также собак и хорошеньких девочек вроде тебя, — то ли пошутил, то ли проговорил? всерьез. — Твой пост на сегодня — моя комната. Садись ешь, пока не остыло.

— Простите, товарищ веркомандир, но я не хочу. Разрешите заступить на пост?

Абсурд!

О да, я могла по праву назвать происходящее абсурдом, но пока подкопаться было нек чему. Новобранцев и курсантов могли поставить охранять любое помещение или здание на территории академии, так что в комнате имсита Ирадия я сейчас находилась небезосновательно.

Другое дело, что будь на моем месте кто-то другой, его навряд ли бы сюда притащили.

Что же касается еды — это вообще что-то за гранью моего понимания. Решил показать заботу? Выделить среди других? Так лучше бы разрешил сходить на ужин, нежели пытался накормить сейчас под покровом ночи, тогда как моя группа так и будет голодать до самого утра.

— Ты должна поесть. Если не поешь сейчас, еще через полчаса накатит слабость. Такая, что утром ты не поднимешься с постели, — продолжал он стоять у окна, но уже ко мне лицом. — То, что с тобой случилось, — это реакция организма на распыляемое раз в неделю вещество. Плохо будет еще с десяток раз. Позже организм привыкнет к очищению от токсинов. Воздействию подвергаются лишь те, кто находится на момент распыления в общежитии. Поешь и не заставляй меня приказывать тебе.

— Простите, товарищ веркомандир, но вы не имеете права.

— Имею. Могу отдать любой приказ, не противоречащий уставу, а в уставе говорится, что питание — это важная составляющая правильного обучения. Немедленно сядь и поешь, не будь упрямым ребенком. Хуже ты делаешь только себе.

— Если бы вас здесь не было, мне бы пришлось справляться самой! — попыталась я донести до него элементарные вещи. — Точно так же, как и остальным!

— Но я здесь, и ты для меня не остальные, — произнес он с угрозой в голосе.

В его глазах как-то разом добавилось серебра, но меня уже было не остановить.

Сказался стресс, да и новость о том, что нас тут чем-то травят, энтузиазма не добавила.

— А я вас здесь быть не просила!

— Накажу!

— Ваше право, товарищ веркомандир!

Ударит. Клянусь! Я думала, что он меня сейчас ударит, так полыхали серебром его глаза. Больше того, мужчина вдруг показался мне гораздо мощнее, как если бы в одно мгновение раздался в плечах. Его аура подавляла. Однозначно воздействовал на меня, но этот этап мы уже проходили.

— Быстро села и поела. Это приказ.

Я не сдвинулась с места. Понимала, что это в какой-то степени глупо — противиться такой мелочи. Казалось бы, ну что такого в том, чтобы поесть? Абсолютно ничего, если не мыслить масштабно. Нет, сейчас передо мной стоял совсем не старший группы, а имсит Ирадий, уступить которому я не могла себе позволить даже в мелочах. Если продавит сейчас, то попробует еще раз иеще, и я даже не замечу, как все обернется для меня тем, от чего я сюда бежала.

Нет, я не его личная игрушка. Я новобранец военной космической академии, а это звучит гордо.

— Или ты сейчас же поешь, или сто отжиманий. Выбирай, — бросил он зло, и я тут же приняла упор лежа, выполняя задание.

Да только хватило меня от силы раз на двадцать. Слабость накатила такая, что руки подкосились. И я бы упала. Расквасила бы себе нос, если бы не реакция веркомандира.

Словно котенка, он подхватил меня под мышки, а после и вовсе усадил себе на колени, занимая кресло.

— Довыпендривалась? — спросил с каким-то зловещим удовлетворением. — Теперь поиграем по моим правилам. Или ты послушно открываешь рот, или я тебя целую. И поверь, на одних поцелуях не остановлюсь, даже если это будет стоить мне работы.