— Вот идиот молодой, — беззлобно ворчит дед, обнимая меня и хлопая по спине. — Резину ж сносит раньше времени. Хотя, его корыто рассыплется раньше… Ну давай, веди.

— Ты так хорошо выглядишь! — говорю деду, пока шагаем сквозь первое здание, затем через мостик над декоративным ручьем.

Дед коротко постригся и, к моему удивлению, каким-то чудом успел побриться (обычно он этим не заморачивается, бреется только ради конкретных оказий). Свитер и брюки с туфлями надел так называемые «парадные», и сейчас где-то выглядит в стиле чуть не Роберта Сергеевича.

— А как ты побриться исхитрился за три минуты? — не могу удержаться от вопроса.

— Электробритву с собой взял, — дед со смешком хлопает себя по боку, на котором у него через плечо висит маленькая сумка для мелочей. — Подарили в том году, была не нужна. А ты сейчас цейтнот устроил, вот в машине побрился.

— Ты смотри, до чего техника дошла, — присвистываю удивлённо, под смех деда.

— Это мой дедушка, — через полминуты представляю деда родителям Лены. — Он смог вырваться, составит нам компанию.

Роберт Сергеевич вместе с моим отцом поднимаются, здороваются (отец Лены ещё и представляется по имени). Зоя Андреевна тоже порывается встать, но дед её останавливает поднятыми в воздух ладонями:

— Рад познакомиться, но не нужно делать так, чтоб мне было неловко.

По взмаху официанту, от соседнего стола рядом с нашим появляется дополнительный стул, и мать (рядом с которой занимает место дед), с чуть удивлённым выражением лица чмокает его в щёку:

— А ты какими судьбами тут?

— А что, помешал? — вопросительно поднимает бровь дед, под тихий смех моего отца и незаметную улыбку Роберта Сергеевича.

— Нет, — отзеркаливает удивление мать. — Наоборот… но неожиданно…

Моментально, с появлением деда, мать теряет неконструктивный настрой и превращающается в мягкого, логичного и компромиссного человека.

Жаль, что я ничего не понимаю в психологии. Наверняка это всё имеет какое-то своё объяснение, только не знаю, какое. Попросить, что ли, Лену растолковать лично мне все тонкости этой ситуации? Но всё же, родители — момент интимный. Разбираться с «тараканами» в их мотиваторах — при помощи кого-то ещё — возможно, не совсем и правильно. Даже если это Лена…

Роберт Сергеевич тем временем, переглянувшись с моим отцом и о чём-то перемолвившись с дедом, машет рукой официанту. Через минуту, в дополнение к Courvoisier, на столе появляется бутылка «РУССКОГО СТАНДАРТА».

Дед останавливает вскинувшегося было отца одним движением бровей, открывает бутылку сам (не доверяя это даже официанту), и наливает себе тоже сам:

— Благодарю за попытку, — поясняет он чуть обескураженному бате. — Но ты, вероятно, отвык. Я всегда за собой ухаживаю сам. В некоторых вопросах…

Его последние слова тонут во вспышке смеха, поскольку, повернувшись к отцу, он наливает чуть больше ожидаемого. По самые края, если точно.

Как новоприбывший и самый старший, дед коротко благодарит за приглашение, чокается со всеми (кроме меня) и выпивает всё до дна, нимало не меняясь в лице. После чего, согласно нашей с ним договорённости, берёт бразды правления в свои руки:

— Я чуть опоздал, и не совсем в курсе, пока ещё соображаю… Какие вопросы нам сегодня надо обговорить?

— Вообще, хотели скорее познакомиться, — пожимает плечами Роберт Сергеевич, — и определить порядок обоих дней.

— Что за два дня? — уточняет дед, ухаживая сам за собой и опустошая в свою тарелку блюдо с пловом.

— Первый день — обручение. Ну, помолвка. — отвечает Зоя Андреевна. — Подача заявления. Второй день — непосредственно регистрация.

— А там разве не месяц ждать после подачи заявления? — проявляет осведомлённость мать, но тут же осекается под взглядом деда.

Ты смотри, а ведь работает…

— У нас свои возможности, — деликатно сглаживает углы Роберт Сергеевич. — И некоторые деликатные моменты в наличии. Разнос между датами будет буквально дней пять.

— Ну да, если есть куда торопиться, — многозначительно кивает мать, ни к кому не обращаясь.

— Таня, то не наше с тобой дело. И ничьё, из присутствующих тут, — веско роняет дед, наполовину разворачиваясь к матери. — Кроме Шурика. Позовут если, на том спасибо! И мы, и вы теперь только гости.

— Дети иногда могут необоснованно торопиться, — делает ещё одну попытку мать, но дед полностью поворачивается к ней.