«Нужный» телефон Ербола стоял на беззвучке на всех номерах, кроме важных. Танкисты к важным не относились: для ответа им и всем «всем прочим», Ербол проверял телефон раз в пятнадцать — тридцать минут.

Если бы не экстраординарные события сегодня, он бы увидел уведомление танкистов, и привычно проверил бы компрессор. С его последующим отключением.

Но телефон был растоптан в пыль тяжёлым баллоном, сам Ербол был без сознания, пристёгнутый к заднему сидению машины, выруливающей по «дороге» к трассе.

А компрессор, в суровых руках армейцев, дал предсказуемый сбой: профилактику ему никто не делал. Чекисты — потому что не пользовались.

Армейцы — потому что не своё.

Что засбоило, уже установить не получится. Важно лишь то, что один из «забивавшихся» на завтра (для встречи проверяющих) баллонов, видимо, был опрессован с погрешностями (а скорее всего, вообще опрессованным не являлся). Давление достигло критической величины, но датчиком подача воздуха не прекратилась: как раз тот самый сбой.

«Забивавшийся» баллон честно выдержал сто семьдесят, двести, двести двадцать атмосфер… Но в итоге закономерно «дал петуха». Разорвавшись под избыточным давлением на солидные стальные осколки.

Вентиль, как и полагается конструктивно, вылетел под напором того самого эквивалента половине килограмма тротила.

Прямо в стоявший не по регламенту близко резервуар высокого давления, ёмкость которого была уже никак не семь литров.

Резервуар рванул гораздо мощнее баллона.

Подробности были никому не известны, так как в течение пяти минут выживших на территории не осталось (правильнее сказать, на территориях — поскольку в данном месте стыковались интересы сразу трёх организаций, сиречь воинских частей).

Машину прихваченного мною с «базы» чекиста я нашёл при помощи его же пульта, который достал из его кармана. Машина, кстати, перед зданием была одна, та самая.

Встал вопрос, а как везти? Понятно, что можно понадеяться на «авось». Но транспортировка связанного и бессознательного сотрудника — не тот момент, когда следует полагаться на случайности (мужику я, конечно, по голове добавил — но тут дело такое. В себя по дороге может и прийти; парень-то здоровый).

У меня мелькнула мысль, что его машина, хоть и на частных номерах, но знать на трассе её должны… лезу в багажник, по заветам Кеши, где нахожу государственные спецномера. Ура.

Ещё за минуту меняю номера с частных на те, с которыми полиция нас точно не остановит.

На территории «базы» оставался сейф, на который мой «спутник» периодически бросал многозначительные взгляды. Видимо, там лежало какое-то личное оружие.

Перед отъездом, добросовестно дёргаю дверцу сейфа за ручку, убеждаясь, что закрыто прочно. И без ключей — только резать.

Мы отъехали от «объекта» по трассе буквально на пять — семь километров, когда только что оставленная нами территория превратилась в ад: вначале были хлопки каких-то сампопроизвольных подрывов, а затем над той частью степи расцвёл самый натуральный гриб взрыва. Хорошо, не «того самого»…

При виде весьма яркой картины за спиной и чуть сзади по курсу, съезжаю на обочину и останавливаю машину: сами звуки канонады слышно и так, а зрелище я пронаблюдал в зеркало заднего вида.

Далее привожу в чувство своего «пленного» (пользуясь банальным нашатырём из аптечки). После чего, поворачиваю его голову руками в нужную сторону:

— Слышишь, деятель, это что у вас на территории за апокалипсис? Это твои, что ли, так оперативно за тобой «грязные полы замывают»?

— Это не моя задача была, я же тебе сказал, — отвечает мне мужик, затем завершает поворот головы и широко раскрывает от удивления глаза. — Что происходит? Это как-то связано с…? — он неверяще и непонимающе смотрит на меня. =— С тобой и с нами?

— Дурак? — стучу пальцем по лбу. — Это я у тебя спрашиваю, ЧТО ПРОИСХОДИТ!

— Да понятия не имею! — его взгляд прикован к занимающемуся ближе к горизонту багрянцу, вспышкам взрывов и разлетающимся произвольно ракетам.

Кажется, к ракетам — я не в курсе местного арсенала.

— Ладно, видимо, совпадение, — бормочу, возвращаясь за руль. — Хотя насколько вовремя и кстати, блин. Для тебя. Как я вовремя тебя оттуда увёз.

— Я случайно один сегодня, должно было быть больше, — безэмоционально отвечает тип, что-то напряжённо обдумывая.