Парень присосался к горлышку пузырька. Глядя на то, как затягиваются его царапины, я мигом связал агрессию девушки и воздействия Зла.

Когда Кос отлип от склянки, засунув остатки зелья в карман, Крыса довольно бросил:

– Мы Спартака порешили. На этот раз с концами. Вон он валяется.

– Замечательно, – плотоядно улыбнулся парень. – А кто это там стреляет?

– Сейчас сам увидишь. Пошли, – отрывисто сказал я и начал обходить храм.

Из оружия у нас наличествовала лазерная винтовка Ботаника, два револьвера, в которых на двоих осталось шесть патронов и нож Крысы. Но меня скудность нашего арсенала не смущала – судя по количеству выстрелов, доносящихся из обычного оружия, перестрелка шла к логическому завершению. Опасаться нам нечего.

Когда мы подошли к ступеням храма, то всё было кончено. Последний боец охранки попытался дать дёру, но один из киборгов попал ему в спину. Он вскинул руки, словно хотел схватить за воздух, и упал ничком. Ему не удалось спастись… как и ещё нескольким десяткам людей, чьи трупы сейчас лежали среди колонн.

Чертовка и её машины стали выходить из храма, откуда они вели огонь.

— Явились, – бросила она, пробежав холодным взглядом по нашим лицам. — Спартак где?

— В Аду, — коротко сказал я, кивнув в знак того, что мы сделали дело.

– А это и есть тот самый Атос?

Её взор остановился на оробевшем парне. Он узнал знаменитую, по меркам города, ведьму. Крыса заторможено кивнул и расплылся в фальшивой щербатой улыбке.

– Подойди, – приказала ему девушка, окружённая киборгами, которые внимательно смотрели по сторонам.

Парень неуверенно подошёл к ней и вытянулся во весь рост, словно перед главнокомандующим. Чертовка обхватила сильными пальцами его небритый подбородок и посмотрела в глаза, будто пыталась что-то в них прочитать. Атос стоял ни жив ни мёртв. Его лицо побледнело, а губы он сжал до состояния одной прямой линии. Наверное, сейчас он уже не был так рад тому, что решил присоединиться ко мне и Косу.

Наконец-то девушка отпустила его и неоднозначно выдохнула:

– Х-м-м-м…

Тут до наших ушей стали доноситься звуки множества бегущих ног.

– Подмога, – быстро проговорил я. – Надо валить отсюда.

– За мной, — скомандовала Чертовка и исчезла в храме.

Киборги слаженно последовали за ней, а мы потопали за ними.

Я похлопал по плечу Крысу, широко ухмыльнулся и прошептал:

– Ты ей понравился.

— Да-а-а?
– - протянул он, криво улыбаясь. – Мне так не показалось. Она даже базарить со мной не стала. А зенки ты её видел? Холодные, как… как… У неё, вообще, есть душа?

– Меня тоже страшно интересует этот вопрос, – услышал наш диалог Кос.

В этот момент мы вошли в храм и потопали по мозаичному полу, составленному из мраморных плит. Возле стен возвышались статуи богов. Под куполом висела многометровая хрустальная люстра с тысячей лампочек. Тут светло было как солнечным днём. Я нашёл взглядом Воскрешающего и принялся внимательно рассматривать изваяние. Скульптор почему-то изобразил его в длинной римской тоге, под которой проступало мускулистое тело. Лик бога был хмур и грозен. Общие черты с оригиналом явно присутствовали и в целом отражали действительность.

Вдруг Кос, идущий рядом, смачно плюнул под ноги статуи Воскрешающего, мрачно пронзая её злым взглядом. Я торопливо проговорил, вытерев плевок подошвой:

– Ты бы лучше так не делал. Вдруг это он тебя уберёт от кабеля?

– Э-э-э, – удивился друг, а потом сдвинул брови и прорычал: – Это я сам. Меня так просто не того… я крепкий.

– А куда мы чешем? – внезапно спросил Крыса, недоумевающе глядя на Чертовку, уверенно идущую к противоположной глухой стене. – Там ведь нет не хрена, а за нами охранка. Как мы уйдём отсюда?

– У неё точно есть план, – обнадёжил я парня.

– А кто, вообще, эти мутные ребята? Они разговаривать-то хоть умеют? – поинтересовался он, имея в виду киборгов. – И откуда такие пушки? Это лазеры?

– Потом как-нибудь расскажу, кто они и откуда оружие, – уклончиво пробубнил я, наблюдая, как один из псевдолюдей воткнул высокопрочное лезвие ножа в стык между плитами.

Киборг надавил на рукоять – и тяжёлая плита немного приподнялась. Он схватил её пальцами, поднял, словно она ничего не весила, и положил рядом на пол. Под плитой обнаружилась изъеденная ржавчиной железная лестница, которая упиралась в дно узкого тоннеля. Чертовка приказала всем киборгам, кроме одного, прыгать вниз. Они быстро оказались в тоннели и продвинулись немного вперёд, освобождая место для людей. Теперь пришла очередь Ботаника, затем Крысы, Коса, а потом спустился я. Чертовка оказалась предпоследней, а последним – киборг. Стоя на лестнице, он сумел вернуть плиту на место. Она идеально встала над его головой – с той стороны на полу наверняка не осталось никаких следов.

Ведьма взяла со стены факел, подожгла его и передала меня, а я отправил дальше по цепочке. Только он оказался у Ботаник, идущего первым из людей, как отряд двинулся вперёд. Киборгам свет был не нужен.

В тоннеле пахло сыростью и перегноем. Земляные стены осыпались от любого касания. Идти, приходилось, пригибая голову и глядя под ноги, где иногда лежали крысиные кости.

Я прошептал через плечо, адресуя вопрос ведьме:

– Как там Агата?

– Заперлась в своём доме и не вылезает из него, – прошипела девушка; в её голосе чувствовались нотки раздражения. – Похоже, придётся штурмовать его. Лазеры мы всё равно уже рассекретили, так что хуже уже не будет. Только после того, как мы придём к власти, придётся их очень надёжно спрятать, чтобы ни у кого не возникло мысли, будто мы как-то связаны с ними.