– Что… кхе-кхе… произошло? – приподнимаясь, простонал Кос, громко дыша носом. – Как вкусно пахнет. Шашлыками, что ли?

– Э-м-м-м… – протянул я, а затем наткнулся взглядом на кабель, который лежал возле ноги парня и добавил: – Да ты вот на эту херню наступил. Чуть не помер. Наверное, где-то плохо заизолирован.

Друг мгновенно отполз от кабеля, будто от опасной, ядовитой змеи, и взволнованно прохрипел, судорожно растирая горло:

– Повезло. А мне ведь показалось, что в меня молния прилетела.

– Показалось, – уверенно вторил я ему, помогаю парню подняться на ноги.

Оказавшись в вертикальном положении, Кос стал приглаживать стоящие дыбом волосы. Его лицо не покидала маска растерянности. Управившись с причёской, он протараторил, бросив взгляд на одного из бойцов охранки:

– Эти ничего не заметили?

– Нет, – коротко сказал я, подойдя к люку и открыв его. – Давай спускаться.

– Хорошая мысль, – просипел друг, внимательно рассматривая свои руки, на которых даже волоски были на месте. – Вот это я оказался крепеньким.

– Ага, ты только не повторяй, – серьёзно предостерёг я его, исчезнув в люке.

Кос последовал за мной. Мы преодолели лестницу – и вышли на улицу.

Немного отошедший от произошедшего друг начал бродить по кварталу и искать удобные пути отступления. После убийства Спартака нам надо было без особых проблем улизнуть из этого района к храму, где мы решили залечь.

Я топал рядом с Косом, погрузившись в тяжкие раздумья. Встреча с Воскрешающим, безусловно, потрясла меня, хотя я уже видел немало могущественных существ на своём веку. Всё же бог произвёл на меня впечатление: не скажу, что положительное, но какое есть. Безусловно, я был рад, что он, в силу обстоятельств, решил схлестнуться со Злом. Однажды, Воскрешающий уже победил её, будем надеяться, что и в этот раз у него всё получится, не без моей помощи, конечно. Я пока смутно представлял, как именно он поможет Агнес перехватить контроль над своим телом, но моя роль в этой постановке будет главной и, весьма вероятно, что очень рискованной. Но ради матери я был готов поставить на кон даже собственную жизнь. Она ведь отдала за меня свою.

Вот так размышляя над грядущей битвой со Злом, я двигался чуть позади Коса, который внимательно осматривал все улочку и закоулки. Вскоре он определил оптимальный маршрут отступления и удовлетворённо покивал головой. Я в этот миг в очередной раз обсыпал нас пыльцой. Её оставалось не так уж много.

Когда я положил похудевший мешочек обратно в карман, обратив внимание, что смесь, которая изменила наши черты лица, уже начинает потихонечку ослабевать, со мной связался Крыса. Он довольно сообщил мне, что раздобыл снайперскую винтовку и спрятал её в надёжном месте. Я коротко посовещался с Косой, после чего сказал Атосу, что мы сейчас придём и заберём её. Парень расслабленно заявил, что всё понял и отключился.

Идти за оружием пришлось на другой конец города. Кос проворчал, пиная ногой гнилой картофель, который оказался на нашем пути:

– Вот не мог он её спрятать поближе.

– И как ты себе это представляешь? Его бы заметили, а потом отправили сам знаешь куда. Это мы сейчас её возьмём – и нас никто внимания не обратит, – разумно заметил я, не переставая подмечать то, что воздействие Зла на людей становится всё сильнее.

Каждый второй человек шёл взвинченной походкой, словно собирался наведаться к давнему врагу и высказать ему всё, что думает о нём, а потом ещё и в морду дать.

– О, охранка, – вдруг прошипел друг, мгновенно остановившись, будто налетел на невидимую стену.

Мимо нас трусцой пробежало пятеро бойцов. Они проникли в ближайший подъезд, из которого раздавались приглушённые женские крики, разбавляемые крепкой мужской бранью.

В этот миг над нашими головами раздался звон разбитого стекла. Я успел поднять взгляд и увидел, как из окна выпала худосочная женщина. Она ударилась об землю рядом с нами – и её пронзительный крик резко прервался громким хрустом. Шея оказалась неестественно вывернута. Женщина была мертва.

В окне, из которого она выпала, показался небритый мужчина в заляпанной майке. Его глаза горели огнём бешенства. В следующий миг ему на голову опустилась тяжёлая резиновая дубинка – и он пропал из вида.

– Пошли-ка отсюда, – взволнованно прохрипел Кос, схватив меня за руку и увлекая за собой. – Лучше не смотри, лучше не смотри.

Потрясённый увиденным, я послушно пошёл за ним. Перед моим мысленным взором ещё долго стояла картина смерти женщины, в чьей гибели я был косвенно виноват.

В какой-то момент мне пришла в голову мысль, что, скорее всего, под воздействием Зла в первую очередь ломаются самые эмоционально неустойчивые люди, которые и так были склонны к насилию и подобным мерзостям. Тот мужик, который выбросил из окна женщину, явно был совсем не тихоней. Не удивлюсь, если за его плечами немало грехов, в том числе и домашнее насилие.

Мрачно наблюдая за людьми, я всё больше находил подтверждений своему предположению. По большей части озлобились те, кто находился возле первой ступени социальной лестницы, а так как мы шли в тот район, который был прибежищем таких элементов, то стали свидетелями ещё двух драк, одного убийства и поджога магазина.