— Это опасно, — я кивнул на бок. — Ты потерял много крови. Как бы не закончилось плохо.

— Поэтому я и пришёл.

— Да? — я задрал брови.

— Да. Ты выстоял два раунда против Томагавка, — Вадос склонил голову. — У тебя есть какой-то способ?

— С чего ты взял?

— Это же Томагавк. Я видел, что он творит на ринге. В лучшем случае тебя принесли бы избитого до состояния овоща. А вероятнее — он грохнул бы тебя в первые тридцать секунд.

— Значит мне повезло.

— Слушай, мне совершенно нет дела до твоих секретов, — Вадос закусил губу. — Я просто выжить хочу. Там всё довольно хреново. Рана гноится и кровоточит. Пропущу пару раз в корпус и точно ласты склею.

Распространяться о своём секрете я не хотел. По крайней мере не хотел делать этого сейчас. Первым должен узнать самый близкий друг. Шустрик поручился за меня, когда я уходил в город, а ещё подарил гербуху, чтобы успокоить. Он имел право знать. И не просто знать, но и рассчитывать на любую помощь. А Вадос? Вадос тоже нормальный пацан. Не хорохорился после спарринга, показал приёмы. К тому же в какой-то мере я нём ответственность за его рану…

Но ведь узнает один, рано или поздно узнает другой. Слухи обо мне — почти смертельный приговор. Если они узнают, что пацан в аквариуме делает из гербухи баффающие рецепты, тут же пробьют почву. Всплывут факты о выигрыше десяти тысяч кредитов. И тогда уже к бабке не ходи… Придут и прикончат. Или используют также, как используют других погружаемых.

Дерьмо! Отказать Вадосу, значит буквально обречь человека на смерть. Я хотел жить не меньше его, но брать на себя такой груз…

— У тебя есть гербуха?

— Нет, — Вадос пожал плечами. — Но я куплю, если надо.

— Надо, — я осмотрелся. — Тащи три пакета после завтрака!

— Но как гербуха поможет…?

— Не задавай лишних вопросов, Вадос! Хочешь, чтобы я помог? Делай, что говорят!

— Хорошо, — Вадос прихватил раненный бок, поднялся и поковылял к кровати.

… … …

После завтрака я словил Тренера и попросил ключи от инвентарной. Комната с бинтами, спортивной одеждой и запасными кроссовками закрывалась на навесной замок. Пацаны рассказывали, что Тренер таскает туда уличных девок, когда становится совсем скучно. Так я про неё и прознал.

Я не хотел сильно давить на Тренера и пользоваться положением. Но что оставалось? Сидеть весь день в туалете — не вариант. Тем более теперь. Раньше Сайлок ходил серой мышью, на которую никто кроме Шустрика, не обращал внимания, а сейчас моё присутствие меняло в аквариуме атмосферу. Пацаны хотели получить совет или постоять в спарринге. Психованный Томагавк сделал мне репутацию.

Туалет я не исключал до последнего. На крайний случай сказал бы, что прихватило живот. Так появился бы хоть какой-то повод проторчать в туалете до вечера. Или ночи. Как пойдёт. К счастью, Тренер спас меня от уединения с белым:

— Какие проблемы, мужик?! — пролепетал он заплетающимся языком. — Я тебе банную комнату предлагал, а ты просишь инвентарную! Сиди, хоть целый день!

Целый день я и просидел. В моём распоряжении было три пакета гербухи и десять красных таблеток, которые я использовал для приготовления зелья против Томагавка. Тренер слишком просто согласился отдать ключи от инвентарной. Это навело на мысль, что я могу заполучить от него что угодно. Понадобится ещё одна банка таблеток? Пойду и возьму.

В инвентарной было мало света. На проводе свисала одинокая тусклая лампочка. Но под потолком у стены находилось окошко. Форточку размером двадцать на тридцать сантиметров облепил слой пыли и грязи. Я потратил двадцать минут, чтобы вычистить её и пустить в комнату дополнительный дневной свет. Стало лучше.

Этаж аквариума находился ниже уровня земли, но не на всю глубину стены. Форточка возвышалась над асфальтом на десять сантиметров. Сквозь неё я видел растущую на заднем дворе траву и сетчатый забор.

Таблеток больше не понадобилось. Я растолок оставшиеся и получил щепотку коричневого ингредиента. Спустя три часа работы и множество проверенных комбинаций сделал новое открытие. Коричневый ингредиент и был главной причиной создания несовершенного препарата. Странно, что я сразу не понял. Думал, что комбинация коричневого с бирюзовым выдавала побочки, но после разобрался. Именно коричневый работал катализатором, который усиливал отдельные свойства, замещая избыток энергии возмещением из существующей структуры материи. Как только этот пазл сложился, я почувствовал тепловой разряд:

Вторичная характеристика алхимия повышена до — 5.

Общий объём материи увеличен до — 2,25 относительных единиц.

Вадосу не нужен был такой же рисковый рецепт, как я делал для Томагавка. Я предпочёл работать в большей степени со слойностью, чтобы выделить полезные свойства из ингредиентов гербухи, а коричневый добавлял осторожно и дозированно, чтобы меньше занизить другие характеристики.

Работа увлекала! Думается, я мог взять с Вадоса пятьдесят кредитов. Было за что. Я провёл целый день в тесной комнатушке, нависая над картонной коробкой. Но в таком случае я бы солгал. Вся эта алхимическая история утаскивала меня в свой мир, будто хороший сон. Признаться, я и сам заплатил бы. Лишь бы понаблюдать и пощупать, как из одинаковых ингредиентов при различной дозировке и упорядоченности, получаются разные порошки, эликсиры, настои.