— Это что, для меня? — Киллиан все же не забыл в конце добавить, — Сэр.

— А что тебе не нравится? Самая надежная защита, что сейчас есть у человечества. «Регул–3». В ней можно выжить в фотосфере звезды. Правда, пару секунд, но все же…Запрыгивай.

Подчинившись приказу Райберга, торакс доспеха раскрылся, и Киллиан забрался внутрь.

— Я отключил большую часть оружейных систем и отдал приоритет защите. Геройствовать не нужно. Просто идешь и записываешь информацию. Смотри по сторонам больше. Если все пройдет спокойно, закинем в тебя базы данных дредноута и домой. Делов — то.

Киллиан нервно сглотнул, представив махину корабля чужих, под завязку набитую спятившими механоидами. Им «всего — то» предстояло пробраться в самый центр этого муравейника…

Айзек отдал команду, и броня закрылась, отделив Киллиана от окружающего мира несколькими видами оболочек.

— Если понадобится, впрысни «коктейль», только не переусердствуй. Новые "овощи" нам не нужны.

Эпос улыбнулся, хлопнув «Регул» по шлему:

— Чуть не забыл… Твое оружие. Так сказать, чтобы никого не поранил.

Айзек присоединил к правой руке доспеха шокер — самое безобидное из возможных армейских вооружений, способное лишь оглушить жертву, получившую из него разряд. Эта модель была доступна даже для гражданского населения.

"К кордам в гости, да с такой пшиколкой."

Отвлек Сивара от скорбных мыслей голос Эпоса, который говорил по внутренней связи:

— Верг, все готово? Прислал "Мистерию"?

Незримый собеседник отозвался на слова Айзека посредством пришедшего в движение стеллажа вооружений. Ряды орудий смерти разошлись, и из — под них поднялась панель с закрепленной на ней броней. Никогда раньше Киллиана не видел, да и слышал ни о чем подобном. В свете люминесцентных панелей почти полностью прозрачная броня мерцала призрачным манящим светом. Эпос подошел к панели с экзотическим доспехом и начал стягивать физиокомбинезон. Все вопросы относительно странного поведения эксперта и его припадка при входе в оружейную сразу отпали, стоило Райбергу стереть с кожи остатки свернувшейся крови. Его одежда была не просто продвинутым тренажером — физиокомбенезон нанес на его тело уникальный вид защиты. Ускорение процесса и вызвало агонию. Стало понятно, отчего броня Райберга была абсолютно прозрачной: кожу Эпоса покрыла вязь причудливых узоров. Стоило Сивару на пару секунд задержать взгляд на переплетении татуировок, как разум его подернула пелена тумана.

Маркус вновь и вновь прогонял план дредноута перед глазами. Эта громадная сфера была вершиной военной мощи, доступной сегодня любой из известных рас. Почти четыре километра в поперечнике, более чем двухсотслойная броня, обладавшая памятью формы, и силовые щиты, вот уже вторые сутки, сдерживающие атаки «Раздора» и более мелких кораблей человечества, внушали уважение, и тем безумнее выглядел план, к реализации которого совсем скоро должны были приступить два взвода абордажников сил самообороны. Конечно, Маркус — уже достаточно опытный, но не такой уж и старый космодесантник, знал о суицидальных операциях времен начала Выживания, но то, что кто — то решится прибегнуть к этой тактике сегодня, не мог представить даже он.

Словно почуяв мысли десантника, автор этого плана показался на горизонте. Техники, проверявшие степень готовности экзокожи, да и сам коренастый абордажник, вытянулись в струнку, когда мимо их подготовочной площадки не спеша прошел Фобос. Эпосу отдали честь. Маркус мысленно чертыхнулся:

«А что, если этот поехавший тип и вправду может читать мысли? Мало ли чему он научился у чужих», — Райберг никогда не любил, когда его называли этой неплохой (по мнению Маркуса, естественно) кличкой. Десантник смог спокойно выдохнуть лишь тогда, когда Эксперт по экстренным ситуациям, сопровождаемый пареньком с глазами заблудившегося олененка, миновал их платформу.

«Черт бы его побрал. Отправляет на верную смерть с десяток хороших парней и хоть бы хны…»

Мужчина вернулся к прогонке плана. Их отряд на одном из малых десантных корветов должен будет приблизиться к дредноуту чужих, миновав силовое поле, которое сейчас планомерно разряжали бесконечные залпы кораблей поддержки, пробраться в пробоину рядом со входом в причальные доки и устроить там приличную бучу. В это время второе подразделение десантников на борту «Фантома» незаметно приблизится к другой части корабля и через брешь в корпусе, которую должен был «случайно» организовать «Раздор», скрытно проберется к базам данных, когда внимание букашек будет поглощено группой «Альфа».

"Мы премся в один конец. Иначе с нами не отправляли бы этого драного тардума."

Маркус отвлекся от галопанели с картой дредноута и посмотрел на "безмозглого". Тардум с меланхоличным видом наблюдал за подготовкой абордажников.

Атака чужих заставила человечество пересмотреть свое отношение к системе наказаний. Особо опасных преступников больше не убивали и уж тем более не сажали в тюрьмы — время нахлебников прошло. «Смертникам» стали давать второй шанс. Мнение их, естественно, никто не спрашивал. Преступников подвергали ментальной чистке, которая уничтожала в их разуме склонность к негативному девиантному поведению. Убийцы, насильники и предатели становились покорными и исполнительными винтиками военной машины человечества. «Безмозглыми» их называли отнюдь не за скудоумие. С интеллектом у них было все в порядке, а вот с эмоциями…

Тардум, которого разглядывал Маркус, как и все его собратья, был начисто лишен каких — либо эмоций и имел лишь один инстинкт — служение родине. Этот тип, облаченный в специальную броню — контроллер с вечно опущенным багровым забралом, не задумываясь, отдаст приказ на уничтожение всего отряда десантников, если почувствует хоть малейшее неповиновение.

Голос техника заставил Маркуса забыть о «безмозглом»:

— Коховски, можешь растворяться. «Кожа» готова.

Десантник лишь кивнул отошедшему технику и опустил монокристалл забрала.