— Сэр, но я…

— Что «ты»? — Райберг процедил эту фразу сквозь зубы, заставив юношу вжаться в холодный металл кресла, с которым он был надежно соединен нейрогелем. Увенчанный аккуратными полосками усов и бородки рот Райберга вновь скривился в недоброй ухмылке. — Курсант, ты не знаешь, что мы делаем с предателями? Вас на этой дрянной планетке не учили, что выдавать секреты Содружества — это плохо?

Киллиан молчал, понимая всю абсурдность попыток оправдаться. Странный даже по меркам их чудной расы параментал проецировал все видения, обуявшие разум курсанта, на расположенную прямо перед Айзеком галопанеь. Экран рабочего стола до сих пор транслировал часть видений. Райберг видел все этапы проверки: видел борьбу Сивара, видел его слабость, видел его предательство.

— Может, даже к лучшему, что букашки заявились сюда? А, курсант? Без этой атаки мы бы и не узнали, какой тут бардак творится? Если лучшие из вас — курсанты, готовящиеся вступить в ряды сил самообороны, да к тому же метящие в специальный разведывательный отдел, не способны правильно расставлять приоритеты, то, пожалуй, всей системе конец, — Айзек заставил проекцию с личным делом Киллиана вспыхнуть над галопанелью. — Блестящий курсанта, отличник, имеет незначительные грешки в виде самоволок в близлежащий городок (услышав это, Сивар удивленно вздернул брови вверх, будто то, что командование знало о его незаконных отлучках из учебки, сейчас имело хоть какое — то значение), да еще с такой необходимой Содружеству и довольно редкой формой модификации, а оказался предателем. Видимо, ваш мирок заслужил все это? Будь я на твоем месте, умолял бы меня пристрелить.

Проекция личного дела сменилась изображением, заснятым на поверхности Топаза. Киллиан увидел до боли знакомую картину. Кадры с поверхности планеты почти полностью повторяли хроники бойни на Гее. Десятки человеческих тел, в самых замысловатых позах лежавшие на стартовой площадке главного космопорта Топаза, напоминали всякому, кто мог позабыть, какой ценой человечеству обходилась звездная экспансия, да и само существование и какой натиск постоянно приходится отражать Содружеству. Напоминали, что в космосе у людей нет друзей, есть только враги и вынужденные партнеры. Кадры мелькали, сменяя друг друга, позволяя с разных ракурсов оценить масштаб учиненных чужими зверств. Перед взглядом почти не дышавшего курсанта мелькнул знакомый образ.

— Подождите, сэр, верните кадр! — Киллиан взвыл, позабыв страх.

— Тебе кто разрешал разговаривать, погань? — Айзек возмутился, но все же решил вернуть предыдущее изображение.

Ореховые глаза Киллиана стали стремительно расширяться. Губы задрожали, а горло заполнил давящий ком боли. Он не мог ошибиться. Длинные черные волосы, кончики которых были окрашены белым, и платиновый загар безвольно обмякшей руки развеяли все сомнения. Это была она. Она — его Миа, стала частью «заготовки» чужих. Допросная исчезла, схлопнувшись до размеров изображения с грудой тел. Голос Райберга долетал до Киллиана далеким эхом.

— Только не надо сантиментов и истерик. О себе бы лучше подумал. Тебе уже котел приготовлен, расслабляющий. Только этот проклятый посыльный вернется… — Словно подчинившись воле Райберга, дверь допросной отъехала в сторону, и в комнату влетел запыхавшийся парень чуть старше Киллиана. — Почему так долго? Нам бы побыстрее от этого избавиться и продолжить отбор.

— Господин Эксперт по экстренным ситуациям, больше никого нет, сэр! — Посыльный вытянулся по стойке смирно и почти кричал, отвечая на вопросы.

— Что вы имеете ввиду, рядовой? — Айзек, тело которого покрывал плотный бесшовный комбинезон физиостимуляции, без тренировок поддерживающий тело в безукоризненной форме, рывком сократил расстояние до посыльного и застыл в нескольких сантиметрах от его лица. — Я знаю, что сейчас не модно изучать историю, но все же… Возможно, ты слышал, что в древности делали с гонцами, которые приносили плохие вести?

Юноша нерешительно замотал головой.

— Ну да, с кем я разговариваю. Сынок, не расстраивай старика. Ты хочешь сказать, что М — модификантов больше нет во всем этом поганом городе? Как его?

— Тайз, господин Эксперт по экстренным ситуациям, сэр. Этот поганый город именуется Тайз. Простите, господин Эксперт по экстренным ситуациям, видимо, я недостаточно точно выразился. Ни одного М — модификанта не удалось обнаружить на всем Топазе.

— Вас где всех понабрали на мою голову? Один идиот догадался прослушать кордов в незамкнутой сфере и впустил нантоса в кибер корабля. Второй идиот догадался в этот самый кибер зайти и сдох, а теперь вы мне предлагаете с этим таскаться? — Райберг махнул в сторону Киллиана. — Пшел вон.

Посыльный испарился, как по мановению волшебной палочки, а Райберг активировал связь:

— Начать подготовку абордажных групп. И напоминаю для особо одаренных: в кибер не входить!

Эксперт по экстренным ситуациям — или, как их сокращенно называли, Эпос — вновь обратил свое внимание на притихшего с отрешенным лицом Киллиана.

— Ну что, предательская морда, тебе выпала невиданная честь! Хочешь пожить — то? Еще никогда я не отменял смертного приговора, но сегодня это случится. У тебя появился шанс искупить свою вину. И, возможно, даже не кровью.