Книга в красной обложке…

Если она не на видном месте, стало быть, спрятана. И это более чем логично – я совсем позабыл про намертво прилипшие инстинкты узников прятать все важное по тайникам. Так было в летающих кельях. Почему бы этому обычаю не сохраниться и здесь? Это более чем логичный поступок для скрытного неразговорчивого охотника. Почему я сразу об этом не подумал? Потому что, как любила говаривать моя бабушка – опять новым загорелся про старое позабыв, бесенок ты этакий! Негоже!

Вот уж точно – негоже. Непростительная ошибка. А если бы хижина каким-то образом уплыла из моих рук? Обыскать чужое жилище было бы уже невозможно. Да, раньше я не знал про книгу в красной обложке. Но я обязан был подумать о том, что Антипий, неразговорчивый и скрытый охотник, обязательно должен был иметь тайник. И не один. Вот сейчас – запоздало – я понял, что у него должно быть два тайника минимум. Один здесь. Под рукой. И другой там – где-то среди торосов снежной пустыни.

Два тайника – минимум. С этим девизом и приступил.

Я начал обыск двигаясь влево от косяка. Проверял стены, пол, потолок. Осматривал все, нажимая на каждую кость, ветвь и дощечку, простукивая и пытаясь тянуть на себя. Первый тайник обнаружился через десять минут поисков. В нем лежало несколько серебряных безделушек и пара золотых цепочек. Изучив содержимое тайника, я сразу решил, что это обманка. Чтобы нашедший этот тайник чужак прекратил дальнейшие поиски.

Следующий час я продолжал поиски, твердо решив, в случае нужды, перебрать хижину по дощечке, если придется. Но не пришлось – тайник обнаружился в полу. И открывался хитроумно – чтобы приподнялась тяжелая половица, требовалось нажать одновременно на две соседние. Заглянув в углубление сразу увидел книгу в красной обложке. Под ней лежал пластиковый контейнер, заполненный золотыми монетами, несколькими листами талонов и восемью ленинскими рублями. Еще в контейнере нашлось немало различных нагрудных значков. Тут и октябрятские звездочки, и значки отличников ГТО… Оценив надежность тайника, убрал в него собственные ценности и опустил половицу на место, забрав только таинственную книгу.

Усевшись на веранде, открыл на коленях книгу, стараясь, что предательски красная обложка не мелькала лишний раз. Для этого прикрыл обложку тряпкой. Открыл. С некоторым удивлением прочел название. В моих руках лежало жизнеописание Иеронима Босха с обилием достаточно кошмарных картин – не по качеству, а по содержанию. Каких только тварей здесь не было. Что тут только не творили с людьми… резали, глотали, прокалывали…

И это любимое чтиво Антипия?

Неудивительно, что он не любил людей.

Открыв книгу посередине, наткнулся на изображение триптиха поименованного как «Сад Земных Наслаждений». Под даже чересчур красочной и детальной картиной имелась размашистая надпись от руки «Что там – что тут!» и стрелка показывающая вверх. Чуть приподняв глаза, поверх книги глянул перед собой. Подо мной Холл с его многоэтажными нарами, колышущуюся толпу, переполненные столы… Ну… как-то чересчур сурово, хотя что-то в мышлении Антипия мне близко…

Неужели на этом все?

Перелистнул пару страниц и понял – нет, это далеко не все.

Прямо в книге были сделаны записи. Короткие и длинные. На части страниц имелись темные пятна – скорей всего кровь. На чернила мало похоже.

«Стоять против медвежьей пасти – как напротив пушки. В сторону!».

«Лапами бьет сильно. Цепляет когтями. Тянет к себе в пасть! Силища неимоверная!».

«На землю смотря в небо поглядывать не забывай! Одевайся в белое! Всегда! Бойся!».

«Замок себе на уме. Угрюмову уже сто лет. Живуч! Удивительно живуч!».

Я пролистал дальше.

«Замок глотает жадно. И все ему мало. Охранников знаю уж давно. И все не меняются».

Дальше…

«Старец с горящим сердцем бродит в снегах. Он ловит сидельцев. Уносит с собой, шагая к Столпу».

Вот оно…

Откинувшись на спинку кресла, я задумчиво перечитал заметку.

Вот оно…

Антипий видел то же, что и я. И, похоже, он увидел даже больше меня.

Ловит сидельцев и уносит с собой к Столпу?

Звучит жутковато. И никаких мыслей о том, кем может являться страшный ходок, хватающих сидельцев. Что испытал затаившийся Антипий, глядя, как светящееся чудовище хватает орущего от страха узника, взваливает на плечо и уносит прочь? Была ли у него мысль вскочить и помочь несчастному? Окажись я на месте Антипия – попытался бы помочь? Или продолжил бы наблюдать? Скорее второе. Глупо атаковать противника с неизвестными возможностями, когда у тебя из оружия обычная рогатина и копьецо. Нож в расчет не беру – приближаться к искрящемуся голому старцу так близко совсем не хочется. Первое что приходит на ум – возможный электроразряд. Он же может поразить и через оружие – если оно является проводником электричества. Опять же снег под ногами… я понятия не имею как далеко бежит ток по снегу – ведь, по сути, это замерзшая вода, являющаяся отличным проводником.

Арбалет. Мне очень нужно две вещи – мощный арбалет и умение метко стрелять из него. Второе я смогу получить только после первого. Надо поторопить Милену. Сказать, что вокруг бродит много медведей, но все они слишком крупны для атаки одиноким охотником с рогатиной. Попробую затронуть в ее душе струнку преданности Бункеру. То есть не Бункеру, а Замку – вот чья она вернейшая улыбчивая слуга. А Замку нужно мясо. Упоминать про увиденное чудовище – человеком его назвать язык не поворачивается – не стану. Кто знает, как они воспримут это. И совсем не хочется превратиться в посмешище, если мне не поверят. Я своей репутацией дорожу.