— Господин капитан, западная стена форта захвачена, — услышал я за спиной громкий доклад подпоручика Янчиса.

Сдерживая себя, тем не менее, резко развернулся, опуская пулемёт стволом вниз.

— Отлично, Пётр Александрович.

— Ров неглубоким оказался. Всего фута четыре. А у нас много ребят в полку из Крыма. Что им какая-то стена высотой в три сажени. Как только огонь чуть стих, и китайцы побежали, они с помощью штыков быстро поднялись на стену.

— Молодцы! Ай-да молодцы! — Я с удовольствием наблюдал, как на западную стену выбиралось всё больше и больше белоповязочников, которые тут же открывают огонь по китайским солдатам внутри форта. — Кстати, Пётр Александрович, извините за неуместный сейчас вопрос, а откуда в полку одесситы?

— Господин капитан, основу полка составили выделенные роты Третьей стрелковой бригады из Винницкого уезда и Пятнадцатой пехотной дивизии, расквартированной в Одессе. Потом морем нас переправили в Порт-Артур и здесь доукомплектовали забайкальцами.

— Понятно. Признаться был удивлён некоторыми фамилиями бойцов, которые несколько не характерны для сибиряков.

— Если вы про Шумирая и Крафа, то это наши полковые знаменитости. Они в одном дворе родились в Одессе, и дружат всю жизнь.

В этот момент к нам быстрым шагом подошёл капитан Хаторри, подчинённые которого, укрывшись за зданиями, перестреливались с солдатами противника, которые заняли оборону в других строениях этой маленькой крепости. Судя по темпу огня со стороны обороняющихся, их было не так и много.

— Господа, можно сказать, что форт в наших руках, — Хаторри вложил саблю в ножны, а револьвер в кобуру, после чего сделал глубокий поклон в мою сторону. — Аленин-сан, я и мои воины благодарим Вас за подаренные жизни. Если бы не вы, то огонь двух пушек нанёс бы моему отряду большие потери.

«Отличный офицер, — подумал я про себя, — в суматохе ночного боя сумел рассмотреть угрозу для своего отряда и того, кто её устранил».

— Не надо благодарности. Общий бой — общая победа или смерть, — ответил я вслух, поклонившись японскому капитану.

— Тем не менее, и я, и лейтенант Шираиши считаем, что у нас появился долг перед вами и хотели бы предложить свою дружбу.

— Я принимаю вашу дружбу. А все церемонии давайте отложим на время после боя, — ответил я, думая о том, что не хотелось бы встретиться с Хаторри и Шираиши в бою года через четыре. — «Но это вряд ли, они всё-таки морские офицеры, так что пересечься будет сложно».

Японский капитан с улыбкой склонил голову, после чего произнёс:

— Благодарю.

— Хаторри-сан, Вы что-нибудь можете сказать по поводу того, что остатки гарнизона форта скопились практически в одном месте, и что-то маловато их было?

— Не знаю, но могу предположить, что за теми зданиями, где укрылись китайцы, находится вход в галерею, которая ведёт в Северный форт. Видимо, по ней большая часть защитников этого форта уже сбежала.

В это время к нам подбежал сияющий Станкевич.

— Господа офицеры, восточная стена от китайцев очищена. Многие бежали через стену и сейчас бегут кто к Северному форту, а кто и мимо него к заливу. Это победа!

— Господа! — я повысил голос. — Всё это прекрасно, но давайте отойдем вот за это здание. Было бы глупо погибнуть от шальной пули.

Я ускоренным шагом направился к строению с выбитыми стеклами. Для чего оно было предназначено, судить было трудно, но рядом стоял флагшток с развивающимся флагом вице-короля северного Китая. Поэтому для себя я решил, что это было здание штаба местного форта. Офицеры дружно проследовали за мной. Подойдя к шесту с развивающимся флагом, я рядом поставил на сошки и приклад пулемёт.

— Вот теперь можно спокойно всё обсудить, — проговорил я, распрямляясь. — Думаю, особо наседать на китайцев у входа в галерею не будем, пусть бегут. Потом организуем там баррикаду и поставим заслон. Под землей в Северный форт не пойдем, могут быть сюрпризы. Наступать будем поверху. Как оказалось стены и ворота легко преодолимы, а солдаты противника так увлечённо бегут, что вернее всего, заразят этим и защитников следующего форта.

— Было бы неплохо ворваться в следующий форт на их плечах, — восторженно произнёс Янчис, которого явно потряхивало от адреналина первого боя.

— Мы готовы, — лицо Хаторри были невозмутимо.

— Что мне делать? — согласно кивнув головой перед этим, спросил Станкевич.

— Для начала я думаю, надо спустить китайский флаг и поднять российский и японский. Почин в захвате крепости Таку, вопреки приказу командира десанта, нашими отрядами мы сделали. Первый из фортов, можно сказать, взят. Надо дать сигнал судам на реке.

Янчис с улыбкой на лице начал опускать на флагштоке вражеский стяг, дергая шнур, быстро перебирая руками. Капитан Хаторри выглянув из-за угла штаба, что-то прокричал в сторону своих солдат. Из-за грохота выстрелов я не разобрал его команды. Станкевич, остановив пробегающего мимо стрелка своего полка, прокричал: «Где, Ткач»?