Поворачиваюсь на бок в попытке покинуть постель и натыкаюсь на самого парня. Филипп преспокойненько спит себе рядом, только мою вторую подушку сграбастал в свои необъятные ручищи и под голову подмял.

Возмутилась на такое нахальство и сначала хотела его разбудить. Но потом увидела, как он смешно во сне морщит нос и бормочет что-то. Совсем как маленький.

От умильной картины так загляделась на неожиданного соседа по постели, что сама не заметила, как потянулась к нему и провела пальцем по щеке, на которой остался небольшой рубец от одеяла, видимо.

– Ай!

Совсем забыла, чем наши с ним контакты заканчиваются. Вот только же вчера предыдущие ожоги едва вывела. И то при помощи двух мастериц, которые помогли не только с ожогами, но и со многим другим разобраться.

Но сейчас руку снова опалило огнём. Да так, что кожа мигом покраснела и принялась гореть.

Ну, бабушка, ну постаралась! Это как же нужно было оборотней-то ненавидеть, чтобы такое заклятье на меня наложить? Хорошо хоть, что я сама скоро свою вторую, папину ипостась приму. Самой не терпится поскорее через оборот пройти.

А Филипп между тем продолжал сладко спать. И не знаю, как долго бы я ещё рядом с ним просидела, не в силах оторвать взгляда от милой мордашки, к которой была явно не равнодушна, если бы не одно но. Парню, по всей вероятности, надоело спать в одной позе, и он решил повернуться. И всё бы ничего, но одеяло сползло, показав мне во всей красе то, что у него было ниже пояса.

Ой, мамочки!!! К такому мои невинные глаза точно готовы ещё не были. Да, я не темнота средневековая и хорошо знаю физиологию мужчин. В том числе по утрам. И если что знаю её только в теории. Но в реальности увидеть — это же совсем другое дело!

В общем, меня с постели как ветром сдуло. Отправилась в душ, прихватив с собой вещи одеться.

Возвращаясь назад, была готова будить спящего красавца, но не пришлось. Открываю двери и вижу в комнате ещё одного Архангельского. Сам дядя Ян сейчас сидел там и распекал на чём свет стоит своего сыночка.

— Да что я такого сделал, отец? — протирая глаза, пытался оправдываться Филипп.

— У нас что, в доме комнат мало?! — гремело в ответ.

— Да я же ничего плохого не делал! Просто заснул рядом.

— Ты не маленький мальчик уже. Прекрасно же понимаешь, чем подобные ночёвки могут окончиться.

— А ты сам как здесь оказался? Тоже случайно заглянул? — подковырнул отца Филипп.

Сам при этом явно не торопился покидать мою постель. А подушку так вообще прижал и носом в неё уткнулся. Как наркоман.

Мне было до жути любопытно услышать ответ. Поэтому я продолжала стоять за дверью, не выдавая своего присутствия.

— Мать твоя решила заглянуть к Агате. Хотела проверить, как она после вчерашнего. Вот она тебя и увидела здесь.

— А Агата была?

— Нет, её не было. Девочка, наверное, проснулась, тебя увидела и сбежала подальше.

— Пусть побегает. Недолго ей свободно бегать осталось, — хмыкнул Фил.

— Только не торопи события. Дай ей время ко всему привыкнуть, сынок. Тем более, что воспитание у Агаты совсем другое, более строгое.

— Что, Агата, оккупировали мужчины семьи Архангельских твою девичью комнату?! — раздалось милое за спиной.

Тётя Бажена пришла.

— Да вот… — замялась я, не зная, что на это всё сказать.

Тётя засмеялась:

— Привыкай. Архангельские они такие. Я сама поначалу долго к Яну привыкнуть не могла. Мне всё его поступки наглыми и откровенными казались.

— Хватит меня обсуждать! — подал голос дядя Ян. А потом сам показался на пороге комнаты, — доброе утро, малышка.

Я смутилась, поздоровалась и дальше не знала, что мне делать.

— Идём с нами завтракать? — предложила тётя.

— А как же Филипп? — растерялась я.

— А он потом спустится. Пусть в порядок себе сначала приведёт, — пояснил дядя Ян.

— Агата, зайди, пожалуйста, поговорить нужно, — подал голос сам парень.

Я стояла и разрывалась между двумя приглашениями. Хотя, если честно признаться, остаться с парнем в комнате наедине хотелось сильнее.

— Ладно, так и быть, поговорите, — улыбнулась мама парня, — но только не долго, сынок.

— И вообще, Филипп, не забывай, что сегодня ты целый день будешь со мной в офисе, — добавил серьёзнее некуда дядя Ян.

Они ушли. А я, сделав глубокий вдох, шагнула в комнату.