«Жаль, а так хотелось для каждого умения вывести свой индикатор, чтобы знать, сколько его ещё раз можно использовать».

«Внутренний источник энергии можно разделить по количеству умений и способностей».

Я даже есть перестал от полученной информации. Но подумав немого, решил уточнить:

«То есть, ты можешь единый источник энергии разделить на три для каждого умения, а обратно объединить их можно будет?»

«Ничто не мешает впоследствии вернуть всё в исходное состояние».

«Тогда приступай».

«Процедура разделения источника начата, операция завершится через тринадцать минут».

От возмущения я даже ложку выронил. Света, задремавшая прямо за столом, подняла голову и сонными глазами посмотрела на меня. Улыбнувшись девочке, я обратился к своей любимой шизе:

«Отставить разделение источника!»

«Процедура разделения источника отменена».

«Кристина, скажи-ка мне, а как долго будут объединяться источники, если мне это потребуется?»

«Для слияния разделённых источников потребуется от двадцати до тридцати минут, в зависимости от состояния организма».

М-да, раскатал губу, думал, как у Артёмки в играх будет, ан нет, в жизни всё сложней и тоскливей.

«Тогда оставляй индикатор энергии, только размести его в правом верхнем углу поля зрения и разверни его горизонтально и никакого слияния не надо».

Индикатор из центра поля зрения, переместился на периферию, а за моей спиной послышался звук открываемой двери.

— Кто вы такой и что тут делаете? — раздался хриплый голос.

Мельком оглянувшись, увидел стоящего в дверях мужика, сжимающего в руках резиновую дубинку, за его спиной маячил совсем молодой парнишка, но также воинственно тискавший резиновую палку. Напрягши немного память, я вспомнил, что это был один из тех, кто пришли на катере вместе с Олегом. По-моему, он как раз тогда помогал швартовать судно к берегу.

— Как что — кушаю, неужели не видно? — ответил я, вставая из-за стола и вытерев губы тыльной стороной ладони, повернулся к вошедшим. — Или это уже преступление, в собственном доме, ночью забраться на кухню?

Увидев мои глаза, собеседник отшатнулся назад, чуть не наступив на ногу своему спутнику. Решительно перехватив дубинку, как будто это было автомат, он шагнул в кухню и, повышая голос, спросил:

— Кто вы такой?!

Оглянувшись на уснувшую за столом Свету, попросил, указывая на ребёнка:

— Говорите тише, ребёнок спит.

— Нечего прикрываться детьми, отвечать!

— Я уже старших вызвал, — вылез из-за спины мужика пацан.

— Что здесь происходит?! — раздался из коридора недовольный голос Надежды Константиновны.

М-да, и у кого из нас есть телепортация?

— У нас нарушитель, воровал продукты, — сообщил старший охранник.

В проёме двери замелькали отсветы фонаря, и на пороге нарисовалась фигура нашего хозяйственника, в цветастом халате и домашних тапочках. В руках она держала керосиновую лампу, свет от которой прожектором старался выжечь мои глаза. Заслонившись от бьющего в глаза яркого источника, попросил:

— Надежда Константиновна, можно сделать свет не таким ярким?

Подняв лампу повыше, она подкрутила колёсико, уменьшая размер фитиля притушив яркость света до приемлемого уровня.

— Андрей Анатольевич, что вы делаете на кухне? — вперив в меня свой суровый взгляд, спросила она.

— Странные вопросы вы задаёте, что может делать мужчина ночью на кухне? Холодильник искал.

— А утра дождаться не судьба? — ворчливо спросила она, разглядев в неверном свете керосиновой лампы пиршество устроенное мной.

— Простите великодушно, но так кушать хотелось, что ноги сами меня во сне сюда привели, — с улыбкой ответил я.

В этот момент Надежда Константиновна заметила уснувшую Свету.

— А ребёнка то вы зачем сюда притащили? — понизив голос до шепота, спросила она. — Или вы уже забыли, где у нас кухня располагается?

— Что здесь происходит? — в кухню, отодвинув пацана с дубинкой и заслоняя глаза от света лампы, шагнул Дмитрий.

— Мама, убери свет, — попросил он.

Надежда Константиновна убрала лампу за спину, сведя освещение к минимуму.

— Андрей Анатольевич, вы чего по ночам по дому бродите, дежурных пугаете?

— Раз брожу, значит надо, — грубо ответил я и, подойдя к так и не проснувшейся девочке, поднял её на руки. — Просто человека надо хотя бы раз в день кормить, а не держать под капельницей!