— Диана, ты снова говоришь чудовищные вещи! — возмутился Юрий Владимирович.

— Это я специально, папочка, чтобы вывести тебя из прострации. А чисто по-человечески Доминику мне жалко. Но я, кажется, знаю, как ее утешить. — Диана быстро набрала знакомый номер. — Артем, ты можешь заехать к нам? Это важно.

Артем появился очень быстро.

— Ди, у меня совсем нет времени. Зачем ты хотела меня видеть? — спросил он с порога.

— Ты спешишь к Доминике? — не удержалась Диана. — Да.

— Вот и отлично. Передай ей, пожалуйста, этот конверт.

— А что в нем? — удивился Артем.

— Не волнуйся, там только мои слова поддержки и утешения.

— Доченька, как я рад это слышать. Спасибо тебе, — умилился благородный отец.

— Спасибо, Ди, — кивнул Артем.

— Знаю, что вы от меня такого не ждали, но Доминике сейчас нужна помощь. Ты, кстати, еще не в курсе? Папа рассказал, что Ритка у нее оттяпала компанию какими-то махинациями.

Артем опешил:

— Что?

— Артем, это преувеличение… — суетливо стал объяснять Юрий Владимирович. — Дианочка не так поняла… Не нужно Доминике этого говорить. Она ничего там не сможет сделать, только разволнуется.

— Но мне-то вы можете рассказать, что случилось? — настаивал Артем.

— Нет и еще раз нет. Я отказываюсь сейчас говорить на эту тему, — покачал головой Юрий Владимирович.

— Хорошо, — согласился Артем. — Разберемся позже. А теперь, извините, мне ехать нужно.

Артем ушел, а Юрию Владимировичу стало совсем плохо. Он прилег на диван, Диана положила ему на лоб холодное полотенце.

— Я жизнь прожил и многое пережил, но в такой переплет попадаю впервые, — стонал Юрий Владимирович. — Как странно меняются люди в экстремальных обстоятельствах. Артем. Это же просто оборотень. Такой милый, такой симпатичный и вдруг…

— У него на кону большой куш, — заметила Диана.

— Зачем ты сказала про Ритку, Никуша расстроится.

— А чтобы посмотреть, как он закрутится. Пусть почувствует, как фирма уплывает у него из-под носа.

Вдруг Юрий Владимирович оживился:

— Мне нужно все это записать. Такие сюжеты не придумывают, их сама жизнь подбрасывает. Боже, я ли это? Что я говорю! В страданиях собственной дочери мне видится увлекательный сюжет. Мы, писатели, проклятый народ, Дианочка. Нам суждено питаться человеческими горестями.

— Вот и не стони, папочка, — это судьба. А лучше вставай и садись за машинку. Я потом твой текст наберу на компьютере.

Вечером Виктория Павловна и Анна Вадимовна задержались в директорском кабинете, чтобы обсудить неудачный визит к жене Артема.

— Знаешь, Аня, я тут хорошо обдумала все, что мы сегодня увидели и услышали… — сказала директриса, — и склоняюсь я, Аня, верить, что все это правда. Виноват твой Артем по всем статьям.

Анна кивнула:

— Да, бедная женщина. Так разволновалась, когда мы ей вдруг на голову свалились, едва не расплакалась. Понятно, почему она говорить отказалась.

— А кому охота признаваться, что ее ограбили и выбросили на помойку с ребенком вместе. Ты заметила, как маленький Артем на большого похож?

— Одно лицо, — подтвердила Анна. — Подумать только, бросить сына, обобрать жену… Просто исчадие ада какое-то. Невольно порадуешься, что Дианку это миновало. А она еще плакала, дурочка.

— Не в его вкусе, — заметила Виктория Павловна. — Бесприданница. Он у нас только крутыми бизнесменшами интересуется.

— Так-то оно так. Только знаешь, Пална, не показалась мне эта Антонина крутой бизнес-леди… — задумчиво заметила Анна.

— А ты в своей жизни много их видела? Крутых-то? Вот и молчи.

— Просто я подумала: обреченная она какая-то, поникшая. Такие фирмы не открывают.

Но директриса не согласилась:

— Да может, она только сегодня такая — настроения нет. А в другие дни — орлиный взор и волчья хватка.

— Как же он тогда облапошил ее? С волчьей-то хваткой? — спросила Анна.

— Да, наверное, влюбилась в него, как твоя Дианка. Ничего не видела, ничего не слышала, ничего не соображала. А он и воспользовался, подлец. Как все мужики…

— Ну, Пална, на всех не греши. Попадаются среди них и порядочные, — возразила Анна.

Виктория Павловна улыбнулась и согласно кивнула.

Юля с Татьяной собрались на большой совет. Надо было что-то решать.

— До сих пор в себя прийти не могу. В голове прямо кондиционер какой-то, все мысли выдувает. А что ты обо всем этом думаешь?

— Думаю, что нам сейчас нельзя поддаваться эмоциям. Нужно остыть и переспать с этими новостями.

— Лично я предпочла бы переспать с кем-нибудь другим, — заметила Юля.