— Нет, — честно признался охранник.

— А я машину ей покупал?

— Нет.

— Это у тебя фамилия такая «Нет»? Повторяешь мне, как попугай, — я уже слушать устал. Все, уволен к черту!

Только сначала найди ключи от старой машины. Не хватало еше, чтобы бизнес страдал из-за болванов.

Охранник побежал за ключами.

— Что за баба эта Надя! — возмущался Самвел. — Ей палец в рот положишь — всю руку оттяпать норовит. Только не на того напала. Самвел, когда его кусают, и пасть порвать может.

Юля с Татьяной зашли к Ритке в кабинет и молча остановились у порога.

— Садитесь, чего встали? — пригласила Рита.

— Ты так всех ошарашила, что к тебе теперь и подходить страшно, — призналась Юля. — Вдруг ты объявишь, что тебя выбрали Папой Римским. Маргаритом-Павлом I.

— Не подскажешь, как нам теперь к тебе обращаться? — спросила Татьяна.

— Я имя вроде не меняла, — пожала плечами Рита.

— Зато серьезно поменяла статус.

— Да ладно вам прикалываться, я осталась точно такой же, как раньше. Вот когда с вашей помощью меня утвердят генеральным директором, тогда, конечно, — Маргарита Викторовна. А пока можно по-старому.

Юля поклонилась:

— Вот спасибо. Вы так добры и демократичны, папа Маргарит.

Но Рита не поддержала игру и заговорила серьезно:

— Я вот о чем хотела поговорить. Я всех ваших правил не знаю. Но вроде как для утверждения меня на должности гендиректора необходимо согласие собрания акционеров?

— Вроде как да.

— Перехожу к сути: меня нужно избрать. И сделаете это вы. Задача простая. Вы знаете, как это делается, и вы должны составить мне речь с программой, которая убедила бы акционеров.

Татьяна пошла в атаку:

— Если ты сумасшедшая, то они пока не такие. Как ты можешь руководить фирмой без специального образования, без опыта работы, без…

Но Ритка остановила ее:

— Не трудись загибать пальцы — рук не хватит. Разуваться придется. Чего у меня нет, я сама отлично знаю. Зато у меня есть опыт жизни, какой вам и не снился. Считайте меня этим, как его, Рокфеллером в начале пути. Он тоже ботинки чистил, мне Анжелка рассказывала.

— Сказочки для наивных торговок, — откомментировала Юля.

— Юлия, еще раз услышу слово «торговка» — ударю больно. А тебя, Татьяна, успокою — ничем я руководить не собираюсь. Ты у меня будешь вторым заместителем, а Аномалия — первым. И руководите себе вдвоем на здоровье. Вон Сергей Анатольевич в вашем бизнесе еще меньше моего смыслил, а кабинет занимал не хуже. Работал же за него кто-то?

— Ну, почему этот кто-то работал на Анатольича, мне лично понятно. А вот почему мы должны работать на тебя? — спросила Юля.

— Потому что шанса такого в жизни у вас раньше никогда не было и больше не предвидится, — уверенно заявила Рита. — Просите что угодно, пишите письма, как Деду Морозу. Я все дам. Свободны. Думайте. Только учтите — времени у вас немного.

После столь бурного и неожиданного заседания акционеров Юрий Владимирович пришел домой совершенно разбитый.

— Пап, что с тобой? — всполошилась Диана, открыв дверь.

Юрий Владимирович молча махнул рукой, прошел в комнату и устало присел на диван.

— Папа, не молчи, — попросила Диана.

— У меня просто нет слов. Сегодня выяснилось, что Ритка, эта маленькая дрянь, которую вытащили из грязи, отмыли и выучили… Нет, я даже не знаю, как об этом можно говорить.

Диана села рядом.

— Даже не предполагала, что кто-то, кроме меня, может выбить тебя из колеи, — заметила она. — Так что Ритка?

— Она объявила, что купила контрольный пакет акций «СуперНики» и теперь фактически является хозяйкой компании.

Диана не поверила:

— Ничего не понимаю. А как же ваша хваленая Амалия?

— Она в шоке. Произошло нечто непонятное. В этом еще нужно разобраться. Диана, что случилось? Почему беды посыпались на нас одна за другой?… Зачем злой рок преследует меня… как Софоклова Эдипа?

Диана успокоилась:

— Пап, не стенай — ты не в античном театре. Если твоя Ника дела вела так же, как личную жизнь — нахрапом и разбоем, — то чего удивляться, что нажила себе кучу врагов.

— К сожалению, я мало вникал в перипетии большого бизнеса, я в этом ничего не смыслю… А надо бы, — задумался Юрий Владимирович.

— А я даже рада, что эта базарная девчонка вас всех уделала. Здоровый народный характер — здоровые народные аппетиты. И «милой Никуше» за меня, как следует, отомстила, — злорадствовала Диана.