— Хорошо. Попробуем. — Васька потер руки, напрягся и вперил в Борюсика взгляд. Тот изо всех сил крепился, потом не выдержал и засмеялся.

— Борь, зачем ты так? — обиделся Василий.

— Смешно, честное слово! — хохотал Борюсик. — Только ты не обижайся, я не специально. В следующий раз попробуем, ладно? А скольких ты уже вылечил?

— Восьмерых, по-моему. Странно, ведь у меня же получалось, — растерянно заметил Василий.

— Вот видишь, восемь один в твою пользу. Просто, Вася, у меня иммунитет сильный. — Борюсик опять засмеялся. — Меня такие фокусы не берут.

Рите в голову пришел гениальный план мести. Она нажала кнопку селектора:

— Юлька, вызови Петика. И соедини меня с клиникой «Борюсь».

Когда в кабинет вошел Петик, Рита спросила:

— Где твой костюм? Дома?

— Зачем? Он у меня в машине висит. Вдруг понадобится ехать к английской королеве.

— Так, быстренько переодевайся и погнали, — скомандовала Ритка. — Одна нога там, другая здесь. Ты меня понял?

— Однозначно. — Петик выбежал из кабинета.

Борюсик сидел за столом, просматривая газету, в которой напечатали фотографии Риты. Несмотря на то что снимки были неудачные, Борис рассматривал их так, словно лучшего Риткиного изображения нет на Земле.

Налюбовавшись, достал припрятанную бутылочку. Налив стопарик водки, опрокинул его. Но не тут-то было! Не успев глотнуть, Борюсик все выплюнул обратно:

— Ах ты, Васька, растудыт твою душу, экстрасенс!

Зазвонил телефон, Борюсик поднял трубку:

— Борис Михайлович, это Марина. Поспешите в клинику. Сложный случай.

— Уже еду. Лечу!

Через полчаса Борюсик, уже в халате, волнуясь, поглядывал на дверь. Вошли Ритка с Петиком в вечерних туалетах. Повисла тишина. Ритка и Борюсик не могли оторвать друг от друга глаз, словно зачарованные. Петик ничего не понимал.

Ритка взяла себя в руки:

— Вот, Борис Михайлович, я привезла к вам своего жениха. Мы собрались на прием… Куда на прием, Петя?

— Ясно куда, к врачу, — ответил он.

Рита процедила сквозь зубы:

— Что ты такое говоришь? — Она повернулась к Борюсику. — Мы собрались на прием, который устраивает одна известная компания. А по дороге Пете вдруг стало плохо. Посмотрите?

— Конечно. Проходите, раздевайтесь.

Петик беспомощно посмотрел на Ритку, но она была непреклонна:

— Тебе сказано, иди и раздевайся.

Петик прошел за ширму, а Рита и Борюсик остались вдвоем.

— Я так рад тебя видеть. Ты такая красивая, Рита. Совсем не узнать, так изменилась, — прошептал Борюсик.

— Приберегите, доктор, свои комплименты для блондинки, — отрезала Рита.

— Какой блондинки? — растерялся Борис.

— Ой, только не надо тут святого из себя разыгрывать. Сам прекрасно знаешь, с той, с которой по рынкам шастаешь.

— Ты что, Рита, это же Ольга Алексеевна! — с облегчением выдохнул Борис.

Рита повела плечами:

— Очень приятно. А моего жениха зовут Петр… — Рита крикнула: — Петик, как твое отчество?

— Трофимович. Я тут долго голый сидеть буду? — мрачно отозвался Петик.

— Иди, лечи его, доктор, — скомандовала Ритка пренебрежительно.

— А что с ним? — захлопал глазами Борюсик.

— А я знаю? Ты у него спроси, он что-нибудь придумает. Я в машине подожду. — Ритка гордо вышла, громко хлопнув дверью. Борюсик печально смотрел ей вслед.

Игорь зашел за Дианой. Видя, что она еще не готова, растерялся:

— Мы же собрались на вечер Плебейского.

Диана беспечно махнула рукой:

— Я и забыла. А может, ну его. Вы лучше мне свои стишки почитаете. Вы ведь пишете?

— Ну да. Только я так не могу. Они для себя, — запнулся Игорь.

— А прозу вы пишете профессионально? — поинтересовалась Диана.

— Да, — растерялся начинающий литератор.

— Тогда стихи должны быть лучше, — заключила Диана. — Садитесь, поможете. Держите пряжу, ее нужно в клубок смотать.

В этот момент в комнату вбежал Николай Николаевич и застыл, увидев прямо-таки семейную картинку.

— У вас дверь открыта…

— Вы к папе? Его нет. Уехал по делам в Радужное, — сообщила Диана.

— Да… нет… я не к папе. Я хотел пригласить вас… — Николай Николаевич замолчал на полуслове.

— На вечер поэзии Ореста Плебейского? — подсказала Диана. — Уговорили. Вот и Игорь туда же приглашает. А пошли втроем. Веселее будет!

Диана на кухне варила кофе. Крадучись, боясь разбудить дочь, Юрий Владимирович пробирался в свою комнату. Диана удивленно повернулась к нему: