— Я предлагаю сесть за стол переговоров и договориться о разделе полномочий, — поправила ее Амалия.

— Вот, значит, как? Это что же выходит? Сначала твое съедим, а потом всяк свое? Вы хотите встать во главе «СуперНики» и переименовать ее в «СуперАмалиюАномалию»?

— Маргарита! Я все жду, когда же твоя непосредственность войдет в русло благопристойности. И вижу, что мои ожидания напрасны. Ты иногда такое несешь, что вянут уши. Я сказала о разделении полномочий в том смысле, что если я, к примеру, отвечаю за финансовые вопросы, а Татьяна — за поставку оборудования, то наши решения не должны тобой оспариваться. Тем более в присутствии уважаемых клиентов и партнеров.

Рита не захотела дослушать Амалию:

— Это вы уважаете своего Любомира. А я, этого жука, насквозь вижу, без рентгена. Я таким на рынке быстренько рога обламывала, без наркоза. А вот почему вы его до сих пор защищаете — большой вопрос. Выходит, мое предположение правильное? Вы в доле?

— Я пропускаю мимо ушей твое хамство и не обращаю внимания на твой оскорбительный тон, только потому, что я действую в твоих интересах. Ты забыла о Крокодиле? Ты мне недавно показывала СМС-сообщение, в котором некто Крокодил, велел тебе подписать договор со «Систем сервисом»? А ты не послушалась.

Ритка вздрогнула:

— Да. Я… о нем… забыла.

Для себя она решила, что сразу, как только выйдет от Амалии, поговорит с верным Петиком — пусть узнает, что делает Крокодил в городе и знает ли он о ней?

Доминика пришла к Виктории Павловне:

— Здравствуйте, меня зовут Доминика Никитина. Я хотела попросить вас о помощи.

Виктория и Анна переглянулись.

— Мы вас внимательно слушаем и по возможности поможем.

— Я хочу разыскать свою… сестру, названную сестру, вернее, узнать историю ее появления на свет и пребывания в вашем детском доме. Ее зовут Маргарита Калашникова, — начала объяснять Доминика. — Видите ли, Маргарита — приемная дочка, происхождения своего не знает. Есть данные, что она воспитывалась в этом детдоме.

— Вполне возможно, ведь у нас кустовой детский дом и дом малютки, к нам свозят сирот со всей области. Повторите, как ее фамилия? Я здесь работаю давно, многих помню. — Виктория Павловна достала из шкафа журналы регистрации, начала их проглядывать. — Калашникова? Такой вроде не было. Я здесь практически со дня основания, всех детей помню, со многими до сих пор связь поддерживаю. Но такой у нас не было.

— Поищите, пожалуйста, еще. Маргарита Викторовна Калашникова, год рождения 1981, место рождения — Радужный, родители неизвестны, вроде мать жива, но где она?

Виктория Павловна задумалась, перебирая в памяти детдомовских детей:

— Нет, я вам точно скажу, такой у нас не было. У нас, по-моему, никогда еще Маргарит не было. Но можно попытаться поднять другие архивы. По беспризорникам, неблагополучным семьям. Вы сказали, есть где-то мать?

Доминика была огорчена таким поворотом событий:

— Я надеялась, хоть что-то прояснится. Могу я вам оставить номер своего телефона? Вдруг вы что-то узнаете, позвоните, пожалуйста. Я в долгу не останусь. И еще. У меня есть один личный вопрос. Не знаю, как его и задать…

— Смелее, мы ответим на все вопросы, — улыбнулась Виктория Павловна.

Доминика заколебалась, но все же спросила:

— Вы знаете Юрия Владимировича Шевчука?

Анна побледнела. Директриса бросила на нее быстрый взгляд:

— Знаем.

— Не подумайте ничего плохого. Я его дочь. Я вчера случайно увидела его здесь. Меня это очень удивило. Могу я узнать, что он тут делал? — спросила Доминика.

Виктория Павловна и Анна Вадимовна переглянулись. Это не укрылось от глаз Доминики. Анна решилась:

— Он приезжал ко мне. Давайте заново знакомиться. Я — Анна Вадимовна Яровая, мама Дианы, вашей сводной сестры.

Доминика уставилась на Анну Вадимовну, не в силах справиться с собой:

— Я должна была догадаться.

— Юрий Владимирович попросил нас с Викторией Павловной навести справки об Артеме Боеве. Знакомо вам это имя? И мы навели. Юрий Владимирович показал нам письмо, в котором аноним описал этого молодого человека как брачного афериста, бросившего семью, ограбившего жену и малолетнего сына. Артем живет, то есть жил в нашем городе, и нам не трудно было докопаться до истины.

— Мы нашли его жену. Его бывшую жену Антонину Боеву, — сообщила директриса. — Все те страшные факты, о которых писал аноним, оказались попыткой очернить доброе имя этого человека. Его жена рассказала нам всю историю их семейной жизни.

Артем женился на ней и собирался усыновить ее ребенка от первого брака, но…

— Появился бывший муж, и Антонина не устояла… Артем застал их, когда они были вместе, — подхватила Анна. — Ему можно только посочувствовать. Его жизнь была разбита. Но он повел себя как настоящий мужчина. Простить и понять ее он не смог. Просто исчез из ее жизни. Но оставил ей квартиру и по сей день содержит ее и ребенка.