– Цит, – Константин снисходительно улыбнулся, – мне, конечно, нравится моё молодое тело и ваш мир, но ещё больше мне нравится математика и аналитика. Теория игр, если угодно. Я – стратег и социофоб. Лучше оставьте на меня внешнюю экспансию и игру разведок, если, конечно, не хотите, чтобы ваш мир пинали все, кому не лень.

– Вы интересный человек, Константин Эдуардович, – констатировал Цит, – даже жаль будет с вами когда-нибудь распрощаться.

По спине аналитика пробежало стадо мурашек. Будь ты хоть сто раз Серый Кардинал, но когда воплощение Сети говорит с тобой о прощании, это... это заставляет слегка насторожиться.

– Надеюсь, "когда-нибудь" продлится много дольше, чем пару сотен лет, – не растерялся Константин.

Цит улыбнулся, хотел что-то ответить, но внезапно нахмурился и молча растворился в воздухе.

– Извините, – кто-то вежливо коснулся плеча задумавшегося Константина, – стал невольным свидетелем вашего разговора с тем, кого вы называете Цит.

– Вы не могли нас слышать, – подозрительно ответил аналитик, повернувшись к подошедшему сбоку магу с матово-черным посохом. – Вы всё это время находились у противоположной стены.

– А я и не говорил, что слышал вас, – улыбнулся человек с грустными собачьими глазами, – я читал по вашим губам.

– Очередной спецназ, ГРУ, ФСБ? – иронично поднял бровь Константин, усилено пытаясь вспомнить, где же он видел этого мужчину.

– Бывший хирург и... терапевт. Последние три года работал в хосписе. Некоторым детям, знаете ли, сложно говорить вслух, поэтому вот пришлось, – он развёл руки, небрежно махнув посохом.

– Понятно, – с нескрываемым уважением кивнул Константин, не став заострять внимание на странном сочетании. – Чем могу помочь?

– Если, а, вернее, когда мы сможем открыть портал домой, пожалуйста, помогите забрать детей сюда, ну, или отправить меня туда.

– Хм, – Константин начал просчитывать ситуацию, – научились лечить?

– Нет, – хирург покачал головой, – вылечивать.

– Добро, – больше не задумываясь ни на минуту, кивнул Константин, – поможем, чем сможем.

Доктор заглянул Константину в глаза и, увидев что-то, что заставило его поверить в обещание, благодарно улыбнулся и направился к выходу.

«Хм, где же я его все-таки видел?» – подумал Константин, задумчиво разглядывая спину удаляющегося хирурга.

– Забавно слышать, когда люди дают обещания, не зная, проснутся ли они завтра, – Константин недолго оставался один. Монах, с которым аналитик столкнулся несколько минут назад, озвучил его собственные мысли.

«Слишком много встреч на сегодня» – подумал аналитик и внимательно посмотрел на очередного собеседника.

– Мы знакомы? – он намеренно подпустил в голос холода.

– Может да, а может и нет, – невозмутимо проговорил монах, – но у вас чистая душа и добрые помыслы. Возьмите.

Человек в бордовых одеждах протянул Константину трубку.

– В первый раз получаю от кришнаита курительную трубку, – не удержался от подколки Константин, намеренно называя буддиста кришнаитом.

«У тех, кажется, одеяния оранжевые, а не бордовые?» - он прищурился, разглядывая монаха.

– Какая разница, в каких одеждах ходить и как тебя называют? – равнодушно пожал плечами монах, – мне кажется, вам это пригодится.

– Ну, спасибо, – пробурчал Константин в спину удаляющемуся монаху.

Трубку же он, немного повертев в руках, сунул за пазуху. Никаких бонусов и преимуществ она, на первый взгляд, не давала и артефактом не являлась. По крайней мере Сеть не выдала никаких квестов или системных уведомлений.

– Прям аншлаг у тебя, парень, – последний оставшийся боец, не торопясь, шёл к выходу, и не думая подходить к Константину.

Аналитик внимательно посмотрел на мощную фигуру в неприметном сером плаще с накинутым капюшоном. Его внимание привлёк красный отблеск, еле видимый из-под капюшона. Действуя на инстинктах и следуя своей чуйке, ещё даже не успев собрать все факты в единую, стройную мозаику, он сам шагнул навстречу к незнакомцу и протянул ему левую руку.

Капюшон хмыкнул и «посветил» горящим ярко красным светом глазом ему в лицо.

– Эээ, Константин, – проговорил аналитик, держа вытянутую руку на весу.

Серый вздохнул и протянул навстречу левую руку:

– Амон.

Ладонь Константина сжала железная длань и, немного подержав, выпустила, сломав попутно пару пальцев.

– Амон? – переспросил Константин, старательно скрывая боль в сломанной руке.

– Ну вообще, Джамшед Устоз Амон-Ра, – сверкнул красным глазом капюшон, – так уж жизнь, мм, сложилось.