— Иди спать, Фелиция. Я заберу тебя днем на обед.

— На обед? — она нахмурилась и плотнее укуталась в одеяло. — Разве ты не собираешься завтра на интервью?

— Нет. Перенесли на другой день. Ты сможешь выспаться и пойти за покупками. Я вернусь в отель к двум, и мы пойдем на обед.

— А где ты будешь до этого времени? — спросила она с облегчением.

— В тренажерном зале, а потом встречусь с Парсоном и Итаном, — добавил я к своей лжи. — Думаю, Лара присоединится к нам.

Фелиция фыркнула.

— Твои адвокаты. Не знаю, почему они послали с нами двоих. Одного было бы достаточно.

— Уверен, тот факт, что Итан больше не выходит из твоей комнаты по утрам, не имеет к этому никакого отношения.

Она застыла, а я приподнял бровь.

— Я сидел два года в тюрьме, и это научило меня прислушиваться к любым шорохам. Я могу определить, чьи шаги слышу за дверью моей спальни в шесть часов утра.

Она раздраженно закатила глаза.

— Мы закончили, ладно? Тебе не нужно читать мне лекцию.

Я молчал. Они только недавно прекратили отношения, и я хотел поговорить об этом с Парсоном. Я не сомневался, что его помощник вернется на фирму в течение двадцати четырех часов, и пытался придумать, как отправить Фелицию с ним. У меня были планы остаться в городе еще на пару дней или даже недель. Только если я смогу это как-то провернуть.

Никто не знал, что Джордан живет здесь. И никто не должен узнать. Сегодня я увидел интерес в ее глазах. Она хочет узнать меня. И это чувство было взаимным. Я хочу больше понять ее.

— Хорошо, — простонала Фелиция. — Я вообще перестану видеться с ним. Это сделает тебя счастливым, брат мой?

Я все еще молчал.

— Без разницы. Отлично. Злись на меня. Мне все равно. Я пошла спать. Я рада, что с тобой все в порядке. Я беспокоилась о тебе, ведь я твоя сестра, и сейчас ты не просто прохожий. Ты чертовски знаменит. Я просто хочу, чтобы ты наконец-таки принял этот факт и перестал исчезать. Я просто обеспокоена, вот и все. Это преступление? Сестра, которая боится, что кто-то может навредить ее брату? Потому что есть люди, которые хотят убить тебя, Киан. Они не любят тебя или не поклоняются тебе, как те женщины, что пишут тебе. В этой куче писем от фанатов были и письма с угрозами. Ты просто не хочешь думать об этом или думаешь, что ты неуязвим, но нет. Ты слаб, и тебе тоже может быть больно.

Она уходила, но я не обратил на это внимание. Такое бывает всякий раз: когда она выпускает пар, то потом начинает плакать. Потом она скажет, что ей тоже больно, что ее жизнь разрушена и что я оставил ее. Ей никто не сочувствовал. Все обращали внимание только на меня, а ее забыли.

И когда она начала спотыкаться, я больше не мог это выносить. Я пошел в свою комнату и закрыл дверь. Но остановился возле нее и стал ждать. Она либо пойдет в свою комнату плакать, либо к шкафу с алкогольными напитками.

Когда сестра захлопнула дверь в свою комнату, и я услышал щелчок замка, я понял, что она уже запаслась алкоголем на ночь. Тогда я снова вышел из номера и направился к своему пресс-агенту. Постучал в дверь и отошел. Лара спала чутко и никогда не пила никаких таблеток для сна. Она открыла дверь через пару минут.

— Киан? — она удивленно посмотрела на меня.

— Я соврал своей сестре. Не хочу, чтобы она завтра шла с нами. Не могла бы ты предупредить всех, чтобы они не заходили в наш номер и не говорили ей про интервью?

— Ох, — нахмурившись, сказала она и потерла висок. — Что ты ей сказал? Мы должны удостовериться, что все будут говорить одно и то же, если она спросит.

— Я буду в зале, потом встречусь со своими адвокатами. А интервью перенесли на другую дату.

— Ты сказал, на какой день перенесли?

— Это не имеет значения. В любом случае, моя сестра завтра вечером улетает. — Даже если она об этом еще не знает. — Спасибо, Лара.

— Без проблем, — сказала она и опустила руку. — Это моя работа. И я скажу Парсону об этом.

— Спасибо, — ответил я, кивнув.

Я пошел обратно в свой номер и в свою комнату. Но не лег в постель. Еще рано. Я встал у окна и посмотрел на город. Завтра я продвинусь на еще один шаг в моем плане.

Я снова увижу Джордан.

Джо

Когда я проснулась следующим утром, мои нервы были на пределе, но я проигнорировала это и начала собираться. Я проделала хорошую работу, притворяясь нормальной.