Жесткая посадка, холод трейлера и усиливающаяся вонь от Королёвой! Теперь ее рвало. Рвало до судорог желчью перемешанной с водой и крепким чаем, терпеливо подаваемым Красновой, потому что в желудке уже давно ничего не осталось. Уж лучше бы сразу осталась на аэродроме, как предлагала Елена, но нет: "Я смогу!" "Сейчас все пройдет!"

Перед первым поединком приступы поноса одолевали многих. Да всех, если честно! И Заек, и Квадрата, и Иглу… на одного меня эта напасть ни разу не сходила, но мне было проще — первое окно случилось неожиданно, не успел добояться до усрачки. А с багажом побед за спиной уже не тянуло.

И все же… срались, тряслись, но шли, преодолевая страх. А вот Светик… Кого другого я бы вытолкнул пинками, на самом деле однажды уже приходилось, и не девчонку, а парня, как ни странно. Толку от такого бойца чуть, зато ломался психологический барьер, и на следующих выездах такого безобразия уже не творилось. Но… Светлана не Валентина — разные весовые категории. И если одной я еще мог безнаказанно налупцевать в горячке, причем за дело, то вот первой — нет, не выйдет, после всех разговоров с Младшим немного в их кухне я начал разбираться. Светлана и Натали — основные претендентки на престол, Руслана — старшая дочь Надежды Петровны — замыкает тройку лидеров и при этом им обеим сильно уступает. Дальше в порядке вероятности наследуют Александра, Людмила, Валентина и Мария (любят это имя Рюриковичи!). Со слов Забелина все аутсайдеры — типичная золотая молодежь, к трону не рвутся, их и так все устраивает: свободы больше, ответственности меньше. Поэтому бить по лицу одну из наследниц чревато в долгосрочной перспективе. Это не говоря уже о том, что банально Краснова не даст.

— Пойду, заценю обстановку! — направился к выходу, едва мы заехали и остановились за оцеплением.

Спрыгнув с подножки, с удовольствием втянул в себя свежий сырой воздух, оставив дверь вопреки всем инструкциям открытой. Пусть хоть немного проветрится! К тому же безопасность все равно соблюдалась — вокруг трейлера начали выстраиваться наши сопровождающие. За их цепь и обратно позволялось проходить только пилотам. Огляделся по сторонам, краем глаза заметив одиноко стоящую фигуру за КПП, успев лишь мимолетно удивиться ее неподвижности и чуждости общей суете, но тут же отвлекся на Лизу.

— Что будем делать? — намекнула на состояние Королёвой веселая вдовушка, мягко приземляясь на снег рядом со мной и фоня фатализмом, словно не было тех мучительных всплесков похоти парой часов раньше.

— Дойдем до штаба окна, там узнаем. Может быть, нашелся пропавший самолет.

— Если бы нашелся, нас бы еще на аэродроме предупредили.

Произносить банальности, вроде "сам знаю", не хотелось. Как и верить, что еще четверо бойцов сгинули с концами.

— Посмотрим.

Худо-бедно, а взаимодействие с тревожниками уже было отработано. Не успели мы пройти двадцать метров, как нам навстречу ринулась офицер. И даже знакомая по прошлым выездам. Только как там ее?..

— Полковник Бодрова Азалия Федоровна, — тихо шепнула Лиза, заметив мои метания.

— Здравия желаю, госпожа полковник!

— Добрый день, майор! Сержант! — Лизе тоже достался смазанный кивок, — Круг уже сформирован, сколько вы дадите нам еще времени?

— До темноты четыре часа, могу дать не больше часа.

— Пятнадцать ноль-ноль? — попыталась выторговать у меня дополнительные тридцать минут Бодрова.

— Четырнадцать тридцать, Азалия Федоровна. Не пытайтесь убедить меня, что вы разучились считать.

— Хорошо, Михаил Анатольевич! Я сейчас доложусь наверх и буду в вашем распоряжении.

В ожидании, пока она сбегает до штаба и вернется обратно, слепил снежок и запустил в спину Лизе.

— Ах, так?!

Размениваться на снежные баталии Угорина не стала, от души засадив ногой по дереву, под которым я стоял. Вытряхивая снег из-за шиворота, с тихим удовлетворением отметил, как не успевшая отскочить в сторону Лизка занимается тем же самым. Вообще-то я сам собирался провернуть трюк с пинком по стволу, заманив ее к себе поближе, но и так вышло неплохо — пылать угрюмой обреченностью пилотесса перестала.

Вернувшаяся Бодрова сжато обрисовала обстановку:

— Не самый сложный объект, — чем и вовсе переключила Лизины эмоции на деловой лад, — Фотоотчет здесь, — полковник распахнула перед нами папку, — Может быть, в здание пройдем? Там удобнее. Заодно чайком вас согрею?..

— Спасибо, но нет! — дружно отказались мы, — у нас своё. Что-то есть на словах?

— Пожалуй… пожалуй, что ничего. Объект действительно несложный, окно ориентировано на север, коридоры пойдут в противоположную от жилых массивов сторону, если что, население не пострадает. Единственное, прошу обратить внимание: за пятачком — жилой квартал, — мы с Угориной обернулись на стоящие за оцеплением дома, — Его уже почти эвакуировали, но всегда есть риск, что кто-то остался. Убойная дальность у "Модеста" хорошая, вам придется следить за уровнем стрельбы по высоте.

Принял к сведению, старательно не зацикливаясь на проскочившем между делом "если что". "Если что" — это значит, что мы не справимся. "Если что" — это выжившие из нашей четверки окажутся на линии огня. "Если что" — это твари сметут нас первыми. "Если что"… но население не пострадает, и то хлеб!

В сопровождении полковника пробежались с Лизой вокруг пятачка, уворачиваясь от суетящихся тревожников. От выставленных щитов до арки метров пятьдесят — усиленные гранаты использовать не получится, но в остальном — действительно, рельеф несложный. И непонятно, что привлекло всадников, — из всей промышленности в обозримом пространстве только подстанция открытого типа маячит поодаль, как раз, кстати, на пути формируемых коридоров. Не знаю, как твари переносят электричество, но закоротят все к херам однозначно. Это "если что"…