Лысый вошел следом. Прикрыл за собой дверь и тоже плюхнулся в кресло. Застонал от удовольствия.

— Но кто мог установить блок? — эльф подпер голову ладонью, испещренной витиеватыми шрамами. — В Федеративных землях магов нет уже почти полвека.

— Перелагатель довольно старый, — задумчиво потер лысину Резарт. — Ему лет сто, не меньше. А вот заклинание было наложено относительно недавно. Год-два назад. Тут уж я точно не могу сказать.

Ривел поднялся на ноги, присел подле камина на корточки. Секунда, и уложенные в топке поленья заполыхали ярким огнем.

— Так лучше, — крякнул господин Туссо. — Ответь мне, Олан. Когда же ты образумишься и вернешься в покои, предложенные тебе директором на профессорском этаже? Ведь здесь и вполовину не так комфортно.

Мужчина поежился, протянув руки к огню. Несмотря на летнюю ночную духоту в башне всегда было прохладно. Неуютно прохладно.

— Тогда же, когда и ты прекратишь ночевать в своем кабинете среди книг, — усмехнулся эльф, подойдя к окну. Задумчиво уставился вдаль.

Молодая луна то скрывалась, то вновь появлялась на чернильном небосклоне. Каменные стены, ограждающие академию, едва различимо сияли в ночи от уймы защитных символов и рун.

— Ты сказал, что заклинание, блокирующее получение магической информации, было установлено пару лет назад? — все еще не отрывая взгляд от лунного серпа, протянул брюнет.

— Я лишь предположил, — выставил палец лысый. — Могу и ошибаться. И, вероятнее всего, ошибаюсь, ведь это невозможно! Магов в людских землях теперь и с огнем не сыщешь. Никто в здравом уме туда не сунется. Да и какой дурак станет работать против себя и себе подобных?

Ривел согласно помычал. Резким движением задернул шторы и вернулся к своему собеседнику.

— Но у меня есть еще более удивительные новости, — возбужденно поерзал в старом, слегка продавленном кресле Резарт. — Когда я извлек перелагатель, девушка окончательно перестала меня понимать, представляешь! — воскликнул лысый. — Совершенно!

Худощавое лицо профессора заинтересованно вытянулось, заострилось.

— Ну надо же…

— Да! — продолжал тем временем громыхать мастер. — Я проверял: она не говорит ни на общем, ни на людском языке! Что скажешь? Страннее странного.

Ривел долго, не отрываясь, глядел в пламя камина. Мужчина вообще сегодня был на редкость задумчив и молчалив.

— Ты прав, — наконец почтил он друга ответом, совсем изведшегося от нетерпения. — Это более чем странно. Ты уже говорил об этом директору?

— Еще нет, — мгновенно отозвался Резарт. — Ночь уже на дворе, а он господин пожилой…

Снова воцарилось молчание, нарушаемое лишь треском горящих поленьев.

— Могу я попросить тебя об одолжении, Резарт? — отвел наконец Ривел взгляд от языков пламени, пляшущих в диком конвульсивном танце.

— Разумеется, мой друг, — поправил на носу очки господин Туссо. — Что угодно.

— Повремени пока с докладом директору об этой девочке.

Блестящий лоб лысого пошел волнами, а брюнет, словно не замечая удивления своего собеседника, продолжал.

— Не стоит волновать его по пустякам. Ты сам сказал, он уже слишком стар для подобных вещей.

— Ну, хорошо, — пожал плечами Резарт после некоторых раздумий. — Думаю, это дело вполне может и подождать, — Ривел на это благодарно кивнул. — Но к чему такая секретность, Олан?

— Просто поверь моему опыту, — вновь уставился в огонь эльф. — Что-то с этой девчонкой неладное. Я хочу сам сперва разобраться с Пришлой.

Во второй день занятий я пришла в уже знакомую мне аудиторию в ряду первых и уселась в самый конец, чтобы не попадаться на глаза эльфийскому профессору. Однако мой маневр не удался.

Едва войдя в класс и взмахом руки захлопнув дверь, Ривел обвел взглядом притихший студиозусов.

— А госпожа Пришлая решила устроить себе еще один выходной? — уставился он на пустое место в первом ряду, где вчера сидела я. — Похоже, у нас появился первый кандидат на отчисление.

— Я здесь, профессор! — без особого энтузиазма подняла я руку.

Эльфийские чуть раскосые глаза прищурились. Одногруппники закрутили головами.

— Вот как… — протянул мужчина. — Тема сегодняшней лекции: История первых магических сообществ Иппора, — громко объявил он, хватая мелок. — Записываем!

И понеслась. Даты, события, места, имена.

В аудитории было невыносимо душно, хотя все окна были раскрыты настежь. Большинство студентов, спасаясь от жары, даже постягивали с себя плотные изумрудные камзолы, но и это не помогло. Потому уже спустя полчаса группа погрузилась в вялую дрему.