— Какие пиявки? — фон Россен заёрзал в постели в попытке встать.

— Нет-нет, я не настаиваю, — Наташа подняла руки вверх в успокаивающем жесте, останавливая его. — Лежите. Вы взрослый человек и мою позицию в вопросе вашего здоровья знаете. Решать вам. — Медленно протянула: — Всё — решать — вам… И про Хенрике, и про Хельгу.

Экономка появилась в кухне в тот момент, когда пфальцграфиня давала последние указания по готовке обеда и вечери. Перед ней, склонив головы, стояли кухарка и Лисбет.

— Маргарет, ещё раз расскажите мне последовательность приготовления пирога с рыбой и рисом. — Кивала головой, подбадривая. Выслушав, перевела взор на рябую служанку: — Лисбет, что забыла положить Гретель?

— Масло в тесто.

— Верно. Будете готовить вместе.

— Хозяйка, а кто нам рыбину из теста вырежет? — Не удержалась от вопроса повариха.

— А вы, Маргарет, и вырежете. Здесь умения абсолютно никакого не нужно. И чешую налепите сами. Что уж проще. Если не справитесь…

— Не-не, хозяйка, мы справимся, — Лисбет покосилась на стряпуху.

Молодец, поняла, что госпожа разбираться не станет, кто виноват и влетит обеим.

— Штрудель тоже сделаете сами? Тесто при вытяжке не порвите. А то в прошлый раз протёк и пригорел, — подозрительно глянула на Рябую. Она бы не порвала. Девка оказалась смышлёной и шустрой. Уж сообразительней Маргарет, точно. — Ну, суп фасолевый с традиционной капустой трудно испортить. Так, работнички? И давайте-ка сделайте салат из капусты с морковью и сметаной. Сразу не заправляйте. — Замечая входящих экономку и следующую за ней растерянную Хельгу, рыкнула для устрашения: — Только перед подачей!

Хенрике, демонстративно поджав губы, но при этом не выказывая агрессии, положила перед пфальцграфиней ключи от кладовых:

— Хозяин велел отдать вам и передать, что отныне вот она будет экономкой, — небрежно кивнула на прачку.

— Хенрике, прошу к выбору вашего хозяина относиться уважительно, — повысила голос Наташа. Экономке, теперь уже бывшей, всё же не нравилась отставка. А как она хотела? Ничего не делать и получать оплату?

— Простите, хозяйка. — Рядом с ключами звякнули две золотые монеты. — Хозяин велел отдать вам.

— Что это? — сделала непонимающий вид.

— Это я взяла за устройство… Хельги… Вне очереди, — раздражённо процедила сквозь зубы.

В кухне воцарилась мёртвая тишина.

— Так и верните ей лично.

Раздался чей-то короткий вздох. Громыхнула посудина. Зашипел испуганный котёнок.

Хенрике умела держать удар. Подчинилась беспрекословно, ничуть не смущаясь, аккуратно вложив в руку растерянной прачки золотые.

Наташа не спускала с неё глаз: «Вышколена». Пусть радуется, что не оказалась за воротами замка. Если бы не Эрмелинда с её привязанностью к женщине, так бы и случилось.

А пфальцграф оказался покладистым и решительным, как только речь зашла о его симпатии. Долго думать не стал. Девушка была довольна. С помощью Хельги можно будет решать многие вопросы по ведению хозяйства. Первоочередная задача — утрясти замужество с Карлом, чтобы он навсегда забыл сюда дорогу. А там жизнь представлялась на чёрном фоне светлой полосой. Широкой и бесконечной. Кажется, она нашла единомышленницу и подругу. Это радовало. Интеллигентная приятная Хильдегард вызывала симпатию.

— Спасибо, госпожа Вэлэри, — тихий дрожащий от волнения голос графини напомнил девушке о прошедшей ночи в её обществе.

— Всё поняли? — пфальцграфиня уставилась на притихших кухарку и подсобницу. — Приступайте. А вы, Хельга, идёмте со мной.

Графиня Хильдегард в первой же кладовой, оставшись с хозяйкой наедине, расплакалась:

— Госпожа Вэлэри, это так неожиданно… Невероятно, — всхлипывала она. — Я вам так благодарна… Ваша доброта… Ваше доверие… — Ей не хватало слов выразить свою признательность. — Я не подведу…

Наташа улыбалась:

— Знаю. Надеюсь, мы подружимся, — обняла женщину. — Идёмте, покажу, что к чему.

Устав от передачи дел, отпустив Хельгу переселяться в выбранные покои, поднялась на третий этаж. Сегодня все наёмные работницы призваны на виноградники. Начался сбор урожая. Не хватило несколько дней, чтобы закончить уборку замка полностью.

Поглядывая в зажатый в руке свиток с котом, девушка медленно обходила комнаты. Останавливалась в центре каждой, представляя, для каких целей могли служить покои. Оставшиеся каркасы кроватей, столы, сундуки, стулья, кресла красноречиво указывали на их назначение.