— Эй, не хочу так быстро, — упиралась Ирина. — Спусти меня на землю, Коршунов.

— Не брыкайся, птаха, уроню.

— Пока, Птицына, — раздалось в спину Вадиму.

— До завтра, Бабайкина, — выглянула из-за плеча мужа Ирина, помахав подружке.

Через четыре месяца в роддоме № 1 по проспекту Чекистов роды двух подружек прошли успешно. Папаши, счастливые и полупьяные, горлопанили под окнами в обществе таких же «обезумевших» от счастья отцов семейств, высматривая своих благоверных в отсвечивающих солнцем окнах.

— Иришка, ты молодец! Сын — это круто! — У большого босса зашкаливали эмоции, блокируя русскому языку красноречие.

— Фея, спасибо за наследника! — Слова закончились и у второго.

Уставшие отцы с чувством гордости и выполненного на этот момент долга отправились праздновать дальше.

Банкет продолжается!

Два месяца спустя

— Привет, новенький! — Шурка склонился над кроваткой карапуза. — Смотри, что я тебе купил!

Пластмассовый автомат, точная копия образца Ижевского механического завода, только ярко-зелёный повис в воздухе над телом малыша. «Новенький» обильно пустил пузыри и засучил ручками и ножками.

— Нравится? — остался довольный результатом дарения Александр Котов. — Старший брат тебе фигню не подарит.

— Что тут у нас? — Вадим присоединился к мальчишкам, выуживая из-за спины огромный жёлтый самосвал. Смерил оценивающим взглядом подарок конкурента, удовлетворился своим выбором и подмигнул малышу. — Во, сын, гляди, что папка тебе принёс! Неубиваемый! Непотопляемый!

Теперь вместо фальшивого оружия над кроваткой зависла игрушечная тяжелая техника.

Малыш, услышав родной голос, еще активнее задергал пухленькими конечностями. Ароматно пахнуло продуктом жизнедеятельности двухмесячного гражданина.

— Ма-ам, у нас выброс говёшек случился! — Наследник скривился, отходя от кроватки подальше. — Видать от восторга, — добавил, ухмыляясь на растерянное выражение лица большого босса.

— Я не могу подойти, справляйтесь сами! — откуда-то из глубины дома раздался глухой, но категоричный голос матери.

Мужчины в панике переглянулись.

Ирина, сидя в аппаратной их нового большого коттеджа с чашкой душистого чая, тихо умирала со смеху, наслаждаясь комичным зрелищем на мониторе, демонстрирующем происходящее в спальне младшего Коршунова.

— Не, не, не, мам, чем я провинился? — в ужасе зачастил Шурик, пятясь на выход.

— Стоять! — окрик Федоровича пригвоздил его к месту. — Ну-ка, подними аккуратно его за подмышки.

Котов обреченно вздохнул, схватил тонкую пелёнку со столика и закрыл нижнюю часть лица, завязав на затылке узлом и натянув ткань на нос. Вадим хмыкнул:

— Согласен, не сиренью пахнет. — И уже сыну: — Чем же тебя мамочка кормит, что ты у нас такой душистый?

— Чёт многовато будет, переедаешь, брат, — держа под руки малыша на весу, скривился наследник, глядя на количество светло-коричневой кашицы, размазанной по попке брательника до самой поясницы. Отвернул в сторону лицо, пока новоявленный отец расправлялся с памперсом.

— Тэк-с, а дальше что? — Коршун вопросительно поднял глаза на Александра. — Вадимыч, не дёргай ногами, растрясешь! — взмолился он, пытаясь поймать розовые пяточки.

Киндер, почувствовав облегчение и свободу, резво выплясывал затейливые кренделя в воздухе, наполняя его сочным запахом.

— Может, у гугла проконсультироваться? — робко предложил юноша.

— Сами справимся, — отмахнулся отец грудничка.

— Влажные салфетки, — прогундосил Шурик, показывая глазами на озвученное средство гигиены.

Коршунов с сомнением покосился на красочную упаковку.

— У меня есть идея получше — понесли его в ванную!

Ирина, отвлекшись на какой-то миг от просмотра, вновь подняла глаза к экрану и забеспокоилась, не увидев своих мужчин в поле зрения камеры. Куда они делись с благоухающим птенцом? Пробежав пальчиком по кнопкам, удовлетворенно вздохнула, откинувшись на спинку кресла. Молодцы, догадались!

Мокрые и довольные мужчины торжественно внесли чистого Дениску в «апартаменты пупса» на вытянутых руках. С основным справились, хоть и не без потерь. Две стены в ванной комнате и одежда подверглись нападению водяной струи из душевой лейки, так некстати вырвавшейся из рук большого босса. В четыре руки с горем пополам обмыли, обтёрли, а потом и облачили ребёнка в чистый подгузник. Уложили в кроватку. Смахнули синхронно несуществующий пот со лба. С облегчением вздохнули и плюхнулись на диванчик.