Наташа, рассматривая выставленную перед ней утварь и выбирая подходящую сковородку, обратила внимание, что количество людей около неё значительно увеличилось. При этом они праздно прохаживались по кухне, заглядывали через её плечо, шептались, уютненько устраиваясь на мешках и бочках, улыбаясь друг другу и подмигивая. Пристальное внимание со стороны челяди отвлекало и раздражало.

Девушка не выдержала, обратившись к кухарке:

— Берта, скажите, пожалуйста, а этим всем людям необходимо находиться здесь? Я билеты на бесплатный спектакль не раздавала. Будьте добры, удалите лишних работников, оставив только тех, кому обязательно нужно следить за непрерывностью технологического процесса приготовления пищи.

Кухарка, приоткрыв рот, удивлённо вскинула и так высокие брови. Похлопав глазами, однако, быстро догадалась, чем недовольна госпожа. Одного её зычного окрика оказалось достаточно, чтобы в кухне осталось четыре человека. Они, не отрываясь, помешивали варево именно в тех кастрюлях и бадьях, около которых разогревалась сковорода для приготовления омлета и закипала кастрюля с водой для ленивых вареников. Наташа засомневалась, так ли необходимо их помешивание? Возможно, Берте нужны свидетели на случай порчи продуктов.

Между делом, девушка присматривалась к кухарке, пытаясь представить, какой та была восемнадцать лет назад. Получалось плохо. Мысли вертелись вокруг возможного заговора против графа и поиска убийцы, блуждали по тёмным коридорам замка и дорожкам вокруг него. Казалось удручающим шарахаться от каждой тени и вздрагивать от любого случайного стука или окрика, выматывая себя подозрениями всех вместе взятых и каждого по отдельности, потихоньку сходя с ума. Поимка преступника становилась задачей первостепенной важности.

«Стрекозу» с неё снял лекарь, польстившись на блестящие стразы. Конечно, зажим выглядел презентабельно, сверкал, как новогодняя ёлка, и все думали, что стоит он целое состояние. Чего уж теперь переживать по этому поводу? Дуремар мёртв, «сокровище» надёжно спрятано. Через тысячу лет его найдут археологи и будут удивляться, строить догадки, как со швейцарскими часиками в виде перстня, найденного в Китае в 2008 году при раскопках гробницы пятнадцатого века.

Для приготовления японского омлета Наташа взяла зелень петрушки и укропа. Как же без чесночка? В кладовке отрезала кусочек вяленого мяса и твёрдого сыра.

Готовка не составила особого труда. По реакции Берты и прекративших помешивать в бадьях притихших женщин было видно, что они озадачены не на шутку.

Кухарка настолько увлеклась созерцанием, как госпожа, ловко орудуя лопаткой, плотно заворачивает щедро сдобренную вкусностями тончайшую яичную лепёшечку, что не замечала ничего вокруг. Она почёсывала нос и вслед взлетающим бровям высовывала кончик языка. Видя, как старательно закатывается блинчик, пальцы её рук подрагивали — как у пианистки — в желании помочь.

— Не отвлекайтесь, мешайте своё, — напоминала иноземка работницам, махая перед их носами лопаточкой. Всё же такое навязчивое внимание ей не нравилось. Секрет приготовления хотелось оставить в тайне. Да где там! Наблюдатели впитывали новые знания, как песок дождевую воду.

С творожными варениками Наташа справилась гораздо быстрее.

Всё готово. В отдельную широкую миску положили густую жирную деревенскую сметану. Большое кольцо благоухающей золотистой колбасы украсило серебряную тарелку. Девушка, дав указание всё поместить на поднос, всучила его служанке и отправила её в покои вице-графа. Оставалось забежать за горчичкой. Наташа, успевшая не просто проголодаться, чувствуя головокружение от запахов еды и пряностей, уже зверела от голода, сглатывая беспрерывно набегавшую слюну.

Открыв дверь в покои Ирмгарда, девушка от неожиданности застыла на пороге. В ярко освещённой комнате, придвинув кресло к ложу, сидел Бригахбург. Похоже, сидел давно. Его сын, раскрасневшийся и довольный, улыбался ему. Кива, устроившись у растопленного камина и подслеповато щурясь, штопала.

По комнате расходилось приятное тепло. Каменные стены замка, словно ростовщик, откликались на дождливую погоду, алчно собирая в углах сырость и прохладу.

Ну, конечно, как же Наташа не подумала, что сказав: «Мне нужно идти готовить еду вашему сыну», только заинтриговала его сиятельство! Сама виновата. Может быть, он прав, и здешние благородные девицы не только не умеют готовить, но и не должны?

Служанка, водрузив поднос на столик у кровати, шустро выскочила из покоя.

— Упс! Господин граф, давно не виделись, — подавила вздох Наташа.

Он с интересом рассматривал содержимое подноса.

— Выглядит аппетитно. Кива, подай мне блюдо.

— Хотите присоединиться? — собираясь отчитать его за наглость, девушка прикусила язык. Всё равно никуда не денешься. Он здесь хозяин.

— Надеюсь, это съедобно, — забрал стул от окна Герард. Поставив его возле иноземки, он пригласил её сесть и подмигнул Ирмгарду.