На любом другом уровне люди переместились бы с экспресса на более медленные линии или даже совсем бы сошли с траволатора, чтобы миновать границу между двумя зонами пешком.

Но это был подростковый уровень, так что мы просто встали и подняли сумки. Перемычка приблизилась, ее бирюзово-синие полосатые двери как всегда были широко распахнуты. Парень передо мной швырнул сумку через узкую брешь между концом траволатора Синей зоны и началом Бирюзовой, а затем перепрыгнул сам. Спустя мгновение пришла моя очередь. Я собралась, метнула сумку вперед и прыгнула.

Благодаря решетке безопасности между двумя лентами упасть в брешь невозможно, но скорость двух экспрессов всегда отличается на доли секунды. Я пошатнулась при приземлении, на секунду закачалась, но умудрилась устоять на ногах.

— Восемь! — прокричал хор голосов слева от меня.

Всегда находились какие-нибудь самозваные судьи, выставлявшие баллы за качество прыжка. Я даже не посмотрела в их сторону, просто поставила сумку ровнее и снова на нее села.

Теперь на наблюдающих за нами подростках были одежды, украшенные бирюзовыми эмблемами спортивных команд Бирюзовой зоны. Я пересекла еще несколько перемычек, переместившись из Бирюзовой зоны в Зеленую и из Зеленой — в Желтую, а потом перешла на ленту в западном направлении.

Добравшись наконец до общественного центра в 110/3900, я дважды и трижды перепроверила, что нашла нужный номер в нужном месте, затем выудила карту оценивания из кармана и сунула ее в порт возле двери.

— Добро пожаловать, Эмбер, ваша регистрация для лотерейного оценивания завершена, — сообщил голос, после чего карта выскочила обратно, и дверь отворилась.

Внутри все выглядело точно так же, как в общественном центре в моем родном районе. Все стулья выставили в главном зале. Некоторые подростки уже сидели, и у ног каждого стояла большая сумка. Огромный дисплей во всю стену в передней части зала пестрел инструкциями. Я выбрала стул как можно дальше от других и принялась читать.

«Лотерея приветствует кандидатов две тысячи пятьсот тридцать второго. Вам следует ожидать в этом зале между тестами, но советуем воздержаться от общения с другими кандидатами. Не беспокойтесь, если ваши тесты будут идти не в той последовательности, что у других. Каждый кандидат следует индивидуализированному порядку, в котором результаты каждого теста определяют, какие задания последуют далее. Иногда возможны задержки, прежде чем персонал и оборудование окажутся доступными для ключевого теста».

Ожил баннер сверху на главном экране:

— Рикардо, пройдите, пожалуйста, в комнату семнадцать.

Долговязый паренек встал, посмотрел на карту центра на стене сбоку и поспешил по коридору. Я вернулась к чтению общих инструкций.

«Не волнуйтесь, если покажется, что вы продемонстрировали плохой результат в любом конкретном тесте. Ваши слабости не существенны. Вас распределят в профессию, соответствующую вашим сильным сторонам, с приоритетом в пользу профессий, которые сложнее заполнить и которые более насущны для улья».

На этом инструкции заканчивались. Теперь я сосредоточила внимание на баннере, нервничая все сильнее по мере того, как шли минуты, а мое имя все не появлялось. В инструкциях говорилось, что могут быть задержки, но…

На баннере возникло мое имя!

— Эмбер, пройдите, пожалуйста, в комнату двадцать три.

Я поднялась, сверилась с картой и отправилась в комнату двадцать три. В кабинете, похожем на стандартный медицинский пункт, меня ждала улыбающаяся блондинка. Она попросила закатать рукав и поднесла к моей руке металлический прибор.

— Я беру кровь и образец ткани. Ты почувствуешь холод, но больно не будет.

Кровь и образцы ткани у меня брали на каждом ежегодном медицинском осмотре. Следующий этап тоже оказался таким же, как на медосмотре. Женщина запустила сканирующую сетку, и я стояла внутри поля, пока аппарат жужжал.

— В твоей медицинской карте указано, что в возрасте трех лет у тебя проявилась аллергическая реакция на лекарственные препараты, наносимые на лицо, а в шестнадцать лет еще одна — на контрацептив, имплантированный в руку.

Я нахмурилась. Может ли история аллергий повредить моим шансам в лотерее?

— У меня не было никаких проблем, с тех пор как контрацептив заменили, — поспешно сказала я.

— Время от времени у тебя также возникают головные боли. Еще какие-то проблемы со здоровьем, Эмбер?

— Нет.

Женщина выключила сканер.

— Пока все, Эмбер.

Я вернулась в зал и уселась рядом со своей сумкой. Прошла четверть часа, прежде чем мое имя снова появилось на баннере, направившем меня в комнату девять. В центре лицом к стене, покрытой беспорядочно движущимися яркими пучками разных цветов, стоял стул. Молодая женщина изучала маленький технический дисплей в углу комнаты. Она выглядела всего на пару лет старше меня. Не так давно ее саму оценивали, чтобы определить ее будущую карьеру, а теперь она оценивала меня.