– Bonjour, Мак, - поздоровался Кингсли.
– Нравится мой наряд?

– Нет, - ответил бледный и нездоровый Мак.

– Non? А девушкам нравится. Не так ли, дамы?

Все женщины в зале, включая Сэм, прокричали во все горло, выражая одобрение.

– А теперь, Мак, у меня к тебе вопрос, - начал Кингсли.
– Вопрос очень простой. Кто я?

Он вытянул микрофон.

– Ты Кингсли Эдж.

– Очень хорошо. И почему я могу забраться на сцену, когда захочу? – продолжил допрос Кингсли.

– Потому что ты владелец клуба, - ответил Мак, громко сглотнув. Теперь он выглядел напуганным, и Кингсли был рад это видеть.

Кингсли посмотрел в сторону бара и заметил распахнутые глаза Сэм, размером с бокал вина.

– И раз я владею клубом, значит, ты работаешь на меня, - сказал Кингсли.
– А поскольку ты работаешь на меня, то должен делать все, что я скажу. И я говорю тебе отправиться за кулисы и одеться так же...
– он указал на себя, - вернуться на сцену и позволить всем этим милым дамам засунуть в твои трусики по доллару. Или...

– Или что?
– спросил Мак.

– Или выметайся из моего клуба, кусок дерьма. И никогда не возвращайся.

– Я ухожу, педик, - ответил Мак, с отвращением выплевывая каждое слово.

– Мы не будем скучать. Au revoir.
– Он взмахнул своим боа.
– Adieu.

Он шагнул на стул, затем спустился на пол. Подошел к бару и запрыгнул на стойку.

– А сейчас, - сказал он в микрофон.
– Я поцелую самую красивую женщину в этом клубе. Кто бы это мог быть...

Он прикрыл глаза рукой и сделал вид, будто ищет кого-то в толпе.

Рейвен и Шей, Холли и Айви, и каждая женщина в помещении махали руками и указывали на себя.

Но Кингсли повернулся к Сэм. Она выпрямилась от удивления.

– Могу я поцеловать вас, mademoiselle?
– спросил он.

Сэм широко улыбнулась: - Я жду поцелуй с нетер...

Он подался вперед и поцеловал ее, быстро и в губы.

– Parfait, - сказал он и снова выпрямился.
– А теперь возвращайтесь к работе. Развлекательная программа окончена.

Он выключил микрофон, бросил его Рейвен и опустился на барный стул.

– Ты босс?
– спросила Сэм.

– Le grand босс, - ответил он и подмигнул.

– Дорогуша, тебе кто-нибудь говорил, что у тебя убийственные ноги?
– поинтересовалась Сэм.
– Серьезно, лучшие ноги, которые я когда-либо видела у мужчины или женщины.

– Каблуки действительно подчеркивают мускулатуру икр, не так ли?
– спросил Кингсли.

– И бедра. Ты часто так одеваешься?

– По необходимости, - ответил Кингсли и пожал плечами. Осталось не так уж много из того, что он не делал ради бизнеса или удовольствия за свои двадцать восемь лет.
– Ты всегда одеваешься в мужскую одежду?

– Я женщина. Если это моя одежда, значит, это женская одежда, - ответила Сэм.
– Я не трансвестит. Я хорошо одеваюсь.

– Это точно. Гетры - интересный штрих.

– Когда работаешь в стрип-клубе, который располагается перед баней, нужна дополнительная защита для обуви. Кстати, про обувь, - заметила она, постукивая себя по подбородку и указывая на него.
– Где ты достал такой размер?

– Украл из шкафчика Петры.

– Петры? А, Питер. Наш трансвестит из шоу по четвергам. Должна была догадаться. В любом случае, спасибо, что избавился от Мака. Я бы угостила тебя выпивкой, если только это не будет целой бутылкой шампанского.

– Мне не нужна выпивка. Я не шутил. Мне нужна информация.

– Спрашивай, - разрешила она. Кингсли был рад видеть, что его небольшой трюк завоевал ее доверие.

– Ты знаешь женщину по имени Блейз?

Она прижала руку к сердцу.

– Блейз? Божественно благословленную Блейз? Будущую мать моих детей Блейз? Волосы как у Риты Хейворт, глаза как у Ингрид Бергман и одевается как Лорен Бэколл?

– Значит, ты ее знаешь.

– Знаю ее? Я поклоняюсь ей. Если Бог существует, и, если этот Бог любит меня, я проснусь завтра утром, и мне ничего не надо будет делать, никуда не надо будет спешить, и в моей постели будет её идеальная задница. Я бы связала ее и вывернула наизнанку. Я заставила бы ее кончать так часто, что она забыла бы, как ходить. Я хочу провести так много времени внутри этой девушки, что мне придется сделать переадресацию моей почты на ее киску. Так что да, я знаю ее.

– Как и я. Мы спим.

Сэм разинула рот и снова закрыла его.

– Ну что ж, молодец, - наконец ответила она.

– Я счастливчик.

– Думаю, мне следует извиниться за то, что я мечтала пересылать почту во влагалище твоей девушки.

– Не извиняйся. Я ощущаю то же самое. Я отправлял туда почту, пока она не начала жаловаться на порезы от бумаги. Женщины, - ответил он.

– Ты очень понимающий парень. Так какая информация тебе нужна?

– Блейз как-то упомянула, как ты рассказывала ей о церкви, которая переезжает на Манхэттен.