Руководство он не винил, так как сейчас действует королевский приказ о чрезвычайной ситуации, из-за чего введен четырнадцатичасовой рабочий день, призванный усилить промышленную мощность, чтобы обеспечить страну едой. Далеко не до каждого рабочего дошла связь производства часов с пищей, но Боуэн всё прекрасно понимал — слышал он, что заморские торговцы отказываются принимать золото в качестве оплаты, предпочитая навариваться на продаже британских готовых изделий. Как поговаривали в пивнушке у цеха, предприимчивые дельцы из Эссоса навариваются десятикратно за один рейс. Это нечестно, но, как сказал король в одной из своих речей, напечатанных в газете: "Нам никто ничего не должен".

Обстановка в городе напряженная, все чего-то ждут. Кто-то с надеждой, а кто-то со страхом. Нечто подобное он испытывал в осаждённом Рву Кейлин. Тогда было не всё равно, тогда неизвестность пугала, но сейчас что-то изменилось. Боуэн почему-то знал, что король выпутается и из этой ситуации, поэтому абсолютно не переживал.

Вообще, раньше он был намного наивнее, верил в чудеса, но теперь…

Жизнь его началась в тогда ещё существовавших Королевских Землях, недалеко от Королевской Гавани. Родился он в небольшой деревушке, названия которой уже и не помнит, так как родители переехали в столицу. В Блошином Дне жить несладко, поэтому он рано потерял родителей, которые работали в красильне и быстро угасли. На него осталась младшая сестра, которая, кстати, относительно недавно вышла замуж за одного паренька из какой-то тайной службы Его Величества Рональда I. Общение как-то постепенно сошло на нет, Боуэн не знал, почему. Возможно она перестала быть под его опекой, а больше их ничего не связывало.

Последний год Боуэн жил ради себя и ему это определенно не нравилось. Не его это — вкалывать от зари до заката, пропивать заработанное и опять идти вкалывать. Другие работяги так и живут, а он вот не может. Не по нутру ему.

Повезло, что он добровольно записался на курсы грамоты, которые организовал во Рву Кейлин тогда ещё лорд Уизли. Научившись писать и читать, Боуэн открыл для себя целый мир, безграничный и… дорогой. Книги стоят дорого, пусть их и выпускают на специальных станках, а не пишут от руки. В его личной библиотеке сейчас имелось целых восемьдесят книг различного содержания, в основном они были по истории мира. Например, гордостью коллекции Боуэна был полный сборник из семи книг по истории Вестероса. Удивительно, как много можно узнать из книг. Например в книге "История Железных Островов", были подробно расписаны обычаи и традиции железнорожденных и хронология становления королевства. Боуэн вот не знал о связи железнорожденных королей и Речных Земель, которые как королевство практически не успели состояться. Гепталогия охватывала всю историю, скрупулезно переплетая историю Вестероса воедино, так как одно королевство задевало другое, то следующее и следующее. Сейчас Боуэн искал восьмую книгу, "Пламя и кровь", которая, как нетрудно догадаться, полностью охватывала период правления Таргариенов, частично задевая даже Баратеона. В книге триста сорок семь страниц, наполненных фактами. Боуэн заплатил библиотекарше из "Флориш и Блоттс", чтобы она придержала для него один экземпляр, если он появится. Как он узнал после официального запроса, отправленного им в государственное издательство, книгу выпустили тиражом в три тысячи экземпляров, но всё было раскуплено задолго до начала официальных продаж. Оставалось надеяться, что скоро выпустят расширенный тираж и тогда появится возможность приобрести себе один экземпляр.

Сейчас же у Боуэна было несколько целей — нажраться в пабе, отодрать девку и завалиться спать. Аренда на квартиру заканчивается через четыре дня, есть деньги чтобы продлить её ещё на полгода, но он этого делать не будет.

Первым делом он вернулся домой и собрал все вещи. Наняв кэб [11] , он погрузился туда и поехал на вокзал. Вокзал, по понятным причинам, не работал, но вот отдел хранения вполне себе функционировал.

— Мне ячейку среднего размера на пятнадцать лет. — положил он на бюро четыре платиновых монеты.

— Тоже вербоваться в армию? — усмехнулся старик, принявший деньги.

— Мне, пожалуйста, на пароль. — проигнорировал Боуэн риторический вопрос.

— Какой пароль желаете? — старик вытащил бланк. — Знаете же, что нельзя хранить пищевые продукты, химические реактивы, взрывчатку и живых существ?

— Знаю. — кивнул Боуэн. — Пароль: Пламя и кровь.

— Хорошо. — кивнул старик. — Ячейка номер семьсот. Игвар вас проводит.

Боуэна до помещения с ячейками проводил здоровенный рыжий верзила в форме служащего железной дороги. Явно из бывших одичалых, если верить слегка диковатому взгляду и некоей неуклюжести в ношении формы. Вещи были закрыты за толстой дверцей объемной ячейки, отрезав Боуэну путь назад. Обратно можно будет получить всё хоть завтра, но он уже решил для себя, что с прошлым покончено.

Паб "Румяный поросёнок" встретил его пивным перегаром и какими-то веселящимися повесами, что-то отмечающими. Боуэн сел за стойку и заказал себе заводского бутилированного пива. Домашнее тоже было, но оно почему-то заметно подорожало, хотя давно было известно, что Ли бодяжит свою продукцию с заводским. Впрочем, это не касалось Боуэна, так как он разницы между сортами пива не видел.

— Эй, да хорош! — громко воскликнул один юнец из празднующей компании. — Я видел, как ты подменил карту!

— За слова свои ответишь, соплёнок?! — с заметным дорнийским акцентом вопросил его собеседник.

— Господа, либо успокаивайтесь, либо убирайтесь решать свои проблемы на улицу! — Ли извлёк из-под стойки солидную резиновую дубинку.

— Ли, мы успокаиваемся! Всё в порядке! Празднуем дальше! — примирительно зачастил юнец.

— Хреновы гимназисты… — пробормотал Ли, укладывая дубинку обратно. — Слышал, небось? Сегодня первый выпуск школяров, которые якобы очень много знают и умеют. Как думаешь, брехня?

— Не знаю. Может и разбираются в чём-то. — пожал плечами Боуэн. — Откуда такую знаменитую дубинку взял?

— Подарок от самого майора Эшера Форрестера, он сюда частенько захаживает. — улыбнулся Ли. — Рубаха-парень!

— Тот самый, который в Старую Валирию ходил? — удивленно вопросил Боуэн.

— Ага. — Ли, упитанный мужчина с классической фигурой работника заведения общественного питания, заговорщицки подмигнул. — Я с ним за Валирию не один раз беседовал. Столько интересного услышал!